Sunday, 10 June 2018

Ничего личного/ Nothing Personal (2009)

Talent knows when to stop.
Начинается эта красивая экзистенциальная притча с конца – с конца семейной жизни загадочной рыжеволосой девушки (голландская актриса Лотте Вербеек/Lotte Verbeek). Одна в пустой квартире – она наблюдает через окно, как её выставленные у дома пожитки молча и торопливо разбирают прохожие. Стаскивает с пальца давно и плотно сидящее на нем обручальное кольцо. Закончилась одна из глав жизни.

С рюкзаком и палаткой за спиной, девушка отправляется в Ирландию, путешествовать автостопом. Молча, в полном одиночестве. Причем чувствуется – это её выбор, её решение.
Она нарочито, вызывающе груба – до агрессивности. Во время своего похода на одной из парковок копается в мусорке в поисках чего-нибудь съестного; рядом чинно обедает добропорядочное семейство.
– Вам чем-нибудь помочь? – обращается к ней мать семейства.
– А вам? (помолчав) Подбросите меня?
– Куда? – Туда, куда сами едете.
– Извините. У нас дети. – Ясно.

Хлебнув обычных для одинокой путешественницы тягот и переночевав в палатке, девушка случайно выходит к уединенному дому. Знакомится с её немолодым хозяином.

– Привет. Как тебя зовут? – Не твое собачье дело. – Грубить необязательно.
Остаётся – работать в огороде и в доме за еду, с условием – никаких расспросов и вопросов. Даже имён – хозяин дома по требованию девушки обращается к ней просто – «ТЫ».

Соприкосновение с природой – ветер с моря, медитативное разглядывание монохромного пейзажа, прикосновение к шелковисто-влажным водорослям – всё это умиротворяет и возрождает девушку, притупляет воспоминания о том, от чего она сбежала.

Постепенно она оттаивает, под влиянием внимательного, спокойного, не лишенного чувства юмора Мартина (ирландский актер Стивен Ри/ Stephen Rea). Он вдовец и ведет такую же, как она, уединённую жизнь.

Чтобы приручить девушку, которая всё порывается уйти, едва он задаёт ей самый безобидный вопрос – Мартин предлагает: нарушу уговор – в качестве штрафа пою песню.

In a buildin' tall with a stone wall around there's a rubber room
When a man sees things and hears sounds that's not there
He's headed for the rubber room
Illusions in a twisted mind to save from self-destruction…
[Rubber Room - by Porter Wagoner]

Вскоре девушка сбрасывает защитную броню агрессивной грубости – и оказывается образованной, начитанной, умеющей приготовить сложное блюдо (и с видом вышколенной официантки подать его), а также ценить оперу.

– Картофель. Дух земли. Наслаждаемся и славим его в этом незатейливом, но изысканном парфэ из свежесобранного картофеля. Украшен единственным грибом, придающим блюду темные и мягкие оттенки леса.
– Это что, такой юмор?
– Нет, это ирония, – впервые за всё время девушка простодушно улыбается.

Задав Мартину вопрос, девушка наказывает сама себя – исполняя Шуберта...
Ich kann auf meiner Reise,
Nicht wählen mit der Zeit.
Muß selbst den Weg mir weise
in dieser Dunkelheit.

Сдержанно и вместе с тем поэтично рассказанная (диалоги практически отсутствуют; педантичное, трепетное внимание авторов фильма к визуальным и музыкальным деталям) история одиночества и сближения.

Есть красивая музыка и много захватывающих дух просторов-пейзажей. А также чудесных натюрмортов. Прекрасная работа оператора Даниэля Буке (Daniël Bouquet).
После фильма внезапно, неожиданно накрыло такой печалью...
История, рассказанная женщиной – здесь интуиция, проницательность, недосказанность, безмерное внимание к деталям.
Фильм приятно, освежающе короткий (всего-то час двадцать; на фоне обычных современных «эпопей» непременно по два с половиной-три часа длиной – почти короткометражка).

Здесь, как и в случае с любым подлинным произведением искусства, зритель может увидеть своё, интерпретировать поведение героев по-своему – в зависимости от собственного жизненного опыта, интуиции и знания людей.
У главной героини случилась какая-то беда с мужем (оставшаяся за кадром – мы видим лишь самый финал в начале фильма: распродажа пожитков, пустая квартира, плохо сползающее с пальца обручальное кольцо). Зная кое-какие факты из биографии Урсулы Антоньяк (см. ниже), автора фильма, рискну предположить, что муж героини фильма умер, после долгой болезни... Она выхаживала его, в то же время беспомощно наблюдая, как он уходит, выскальзывает из жизни...

Её побег – прочь от горя утраты, от себя, от привычного домашнего мирка, где всё – сплошные воспоминания, пронзающие болью. Этим она напоминает Жюли из трилогии «Три цвета: Синий» Кшиштофа Кесьлевского.
Отсюда её закрытость, нежелание соприкасаться с жизнью кого-либо: «Я не хочу знать о твоей жизни, я работаю за еду».

У Мартина – больное сердце и пустой дом, жена умерла... Когда однажды ему стало плохо и он упал на лестнице – девушка не бросилась помогать, не хочет вовлекаться – пожалуй, еще одно подтверждение справедливости моей догадки: ухаживала за умирающим мужем, устала от потерь, не хочет больше привязанностей.

«Я хочу быть, как ты – жить в этом доме на пустынном острове. Никто не глазеет на тебя, никто не стучит в дверь».

После смерти Мартина (которая, положа руку на сердце, назревала) – очевидно, что девушка себе лгала, пустой дом ей ни к чему... Казалось бы, есть всё, чего она хотела. Но одинокое проживание на острове в доме, где не надо ни с кем говорить и никого видеть – блеф, самообман, ей нужна была близость Мартина, его присутствие в этом доме (пусть просто его шаги, покашливание, звуки из радиоприёмника, все эти незаметные повседневные домашние шелесты). Тогда был привлекателен и дом...

Новое бегство (без вещей, без прошлого), новая радикальная смена пейзажа – жара, море... И старое одиночество.

Я не умею воспринимать произведения искусства (любые – музыку, кинофильмы, книги, живопись) вне жизненных историй, биографических деталей их создателей. Возможно, это некорректный подход, но иначе я не могу.
Несмотря на название, этот фильм – очень личный. Я думаю, что это – дань памяти автора фильма её умершему мужу. Ода любви и одиночеству, безвременному вдовству (муж умер в возрасте 43 лет, ей тогда было 36).

- Талант знает, когда остановиться.
- Вот так мудрость! Твоя?
- Конечно.

Прекрасный кинодебют Урсулы Антоньяк. Одно из лучших моих киновпечатлений последнего времени.

* * *
Режиссер и сценарист Урсула Антоньяк (Urszula Antoniak) родилась в 1968 году в Польше. Училась в польской киноакадемии, а после эмиграции в Нидерланды – в местной Академии кинематографа и телевидения (Dutch Film and TV Academy).
Была замужем за Яцеком «Лютером» Ленартовичем (Jacek "Luter" Lenartowicz). Яцек Ленартович родился в 1961 году в Польше. Музыкант, со-основатель легендарных польских панк-рок-групп “Deadlock” и “Tilt”. Позже вместе с женой уехал в Нидерланды, учился в киношколе, получил диплом киносценариста. Скончался в июле 2004 года после продолжительной болезни (рак мозга).
*
Декабрь 2009 года, интервью с Урсулой Антоньяк о фильме «Ничего личного». Эта картина получила приз «За лучший дебют» на международном кинофестивале в Локарно, а также титул «Лучший нидерландский фильм 2009».

Урсула Антоньяк: 
Оба главных персонажа картины – табула раса, нечто незатронутое посторонним влиянием, чистое. Мы ничего не знаем об их прошлом или о мотивах их поступков.
Я не люблю фильмы, которые пытаются объяснить сложные мотивы человеческого поведения посредством «психологии характера». В реальной жизни мы чаще строим догадки, не зная наверняка, что именно толкает людей к тем или иным поступкам. «Ничего личного» рисует достоверную ситуацию встречи с незнакомцем; мы следуем за героиней, которая упорно отказывается открыться другому человеку, и в то же время оттаивает в его присутствии.

Вопрос: Вас не пугало то, что зрителям может быть трудно сопереживать героине, о которой они так мало знают?

Урсула Антоньяк: Насколько глубоко нужно знать человека, чтобы мы могли доверять и сопереживать ему? Это главный вопрос моей картины, которая посвящена самым основам человеческих взаимоотношений. В голливудском фильме мы бы знали все причины поступков героини, и поэтому понимали бы и сочувствовали ей. Я не хотела манипулировать зрителем подобным образом, я хотела заставить его думать.

Как режиссера-женщину меня естественным образом привлекают и интересуют протагонистки с сильным характером. Я не люблю рисовать женщин жертвами. Героиня [в исполнении актрисы] Лотте/ Lotte Verbeek – человек активный, решительный, она сама выбирает одиночество, не выглядит жалкой. Мне хотелось создать образ бунтаря (как правило, это мужчины) – придав ему женское обличье.

Даниэль Буке – прекрасный кинооператор, потому что заставляет режиссера рисковать и искать новое. Мне повезло, что я познакомилась и поработала с ним, хотя поначалу меня немного пугала перспектива сотрудничества с кем-то, кого я раньше не знала. Но всё получилось. У Даниэля отличный вкус, не испорченный рекламными роликами или видеоклипами.

Как эмигрантка, я склонна к повествованию общечеловеческих историй, это естественно. «Ничего личного» - европейское артхаузное кино, которое не боится бросить вызов зрителю, и в то же время возникло из глубинной необходимости, стремления автора поделиться чем-то важным.

[Излюбленные темы Урсулы Антоньяк, нашедшие отражение в этой и будущих кинокартинах] Это ирония, коренящаяся в центрально-европейской традиции. Но это, скорее, настроение, тональность, а не тематика. Для меня ирония – то, что придает жизни вкус, остроту и величайшую мудрость. Я чувствую свою принадлежность в центрально-европейской традиции, замешанной на еврейских, славянских и германских влияниях. Кафка, Музиль, но также [американский кинорежиссер и сценарист] Билли Уайлдер и Эрнст Любич, приправлявшие свои фильмы фирменными штришками иронии.

источник

Рассказ о фильме и перевод интервью с режиссером - Е. Кузьмина © http://cinemotions.blogspot.com/
Related Posts Plugin for WordPress, Blogger...