Sunday, 13 March 2016

Смерть не в счет/ commemorating 20th anniversary of Kieślowski's death

На своей фейсбук-страничке польский композитор Збигнев Прейснер пишет:

Друзья мои,
Приближается грустная годовщина.
13 марта 1996 года умер Кшиштоф Кесьлёвский.
Фантастический человек, друг, великий режиссер.
Мои музыкальные приключения по-настоящему начались после встречи с ним.
Я написал музыку к 17 фильмам Кесьлёвского: первым был «Без конца» (1985) – последний «Три цвета: Красный» (1994).
Вместе мы пережили прекрасные моменты, и в работе, и в личном общении.

С 9 по 13 марта 2016 года в рамках программы «Декалог Кесьлевского в образах и музыке» - демонстрация фильмов, конференция.
13 марта 2016 года, в 20-ю годовщину смерти режиссера, состоится концерт «Декалог Кесьлевского в музыке» (Kieślowski's Decalogue in music), зал Flagey, Брюссель, начало в 20:00. Дирижер – Збигнев Прейснер.


Смерти нет. Она не в счет.
Я лишь ускользнул в соседнюю комнату.
Ничего не случилось.

Всё остается в точности прежним.
Я есть я, ты есть ты,
и былое житье в нежной дружбе – нетронуто и неизменно.
Кем друг для друга мы были – теми и остались.

Называй меня прежним знакомым именем,
Говори обо мне так же легко, как и раньше.
Никаких изменений в интонациях.
Никакой принужденной торжественности или скорби.

Смейся, как мы всегда смеялись над шуточками, которые оба любили.
Играй, улыбайся, думай обо мне, молись за меня.
Пусть моё имя остаётся в домашнем обиходе, как всегда бывало.
Выговаривайте его без натуги, без призрачной тени над ним.

Жизнь значит всё то, что значила всегда.
Она такая, какой была.
Существует абсолютная непрерывность.
Что эта смерть? Лишь незначительный случай.

Если я с глаз долой, – то почему из сердца вон?
Я только и делаю, что жду тебя,
где-то очень близко, совсем рядом.

Всё хорошо.
Ничего не болит, ничто не потеряно.
Один краткий миг – и всё будет, как раньше.
Как мы посмеемся над горечью разлуки, когда встретимся вновь!

- Генри Скотт Холланд (1847 – 1918),
Профессор богословия Оксфордского университета, каноник Церкви Христа

перевела с английского Елена Кузьмина © http://cinemotions.blogspot.com/

Использованы кадры из док. фильма Я так себе...

Monday, 7 March 2016

Мэриголд-отель/ The Best Exotic Marigold Hotel (2011)

Смотрела этот фильм пару лет назад – тогда не впечатлил. Пересматривала недавно – прошел на ура. С возрастом всё больше занимают темы, связанные со старением...
По-британски ироничная история о семерых «пожилых и красивых», каждый из которых волей-неволей круто изменил свою жизнь.
Мощь этих старцев (впрочем, оказалось, среди них всего-то 60+летние) вызывает зависть: перелет из Лондона в Дели, потом (индийский!) автобус в Джайпур, потом пыльная рухлядь (отель юного Сонни), потом «оскорбление для всех органов чувств» — его же экзотическая кухня... А им хоть бы что!

Подборка моих любимых цитат (в моем же переводе с английского):

Грэм Дэшвуд: Ненавижу проводы на пенсию. Дешевый сыр, дерьмовое вино. Бесконечные спичи. Зачем люди это делают? Никто, никто никогда еще не сказал о вечеринке в честь проводов на пенсию: Было здорово, жду не дождусь, когда придет мой черед.

Агент по недвижимости: А вот еще полезная деталь... не прямо сейчас, но через пару лет понадобится. Перила по периметру комнат, чтобы вы могли передвигаться. А вот здесь аварийная кнопка – в случае внезапного падения вызываете дежурного.
Джин: А если мы упадем в другом месте?
Агент по недвижимости: То есть?
Джин (закипая): В случае внезапного падения мы можем не успеть подготовиться и упасть именно в этом углу комнаты, где кнопка. И нельзя ли сделать перила также и посередине комнаты? Чтобы мы могли передвигаться не только вдоль стен.

Дуглас (жене): Если я снова извинюсь, это поможет?
Джин: Нет. Но все равно попробуй.

Медсестра: Доктор пытался вас осмотреть, но вы его прогнали.
Мюриэл (кивает в сторону темнокожего врача, моющего руки): Что, этот? Он может мыться сколько угодно, эти цвета не сойдут. Я хочу британского доктора.
Медсестра: Британского? Что ж вы сразу не сказали! (приводит) Доктор Дхуджарапартидар.

Дама в службе знакомств: Слушайте, в заявке они просили указать возрастные рамки, наши и желаемых партнеров. Я в обоих случаях отметила «от 25 до 39 лет».
Норман: Правильно, я тоже.
Джудит (без околичностей): Сколько вам лет?
Норман (игриво): Сорок с небольшим. Мои интересы – путешествия, театр...
Джудит: Вы хотите сказать, что родились в начале 40-х?
Норман: Джудит, поверьте, всё моё при мне. (она уходит) Только не могу найти ту, которой это нужно.

Дочь Мэдж: Что происходит?
Зять: Твоя мать ненормальная.
Дочь: Она другой никогда и не была.
Зять: Я просто попросил её посидеть с детьми, а она сказала, что уезжает.
Дочь (матери): Но тебе нравится сидеть с внуками.
Мэдж: Мне это нравилось вчера.
Внуки Мэдж: У нас была пицца, и мы поздно легли.
Мэдж: А позавчера?
Внуки: У нас была китайская еда, и мы поздно легли. Если ты останешься, вечером могли бы приготовить карри.
Мэдж: Заманчиво, мои милые, но вы знаете, что мне надо ехать.
Внучка: Мы знаем. (родителям) Сидя здесь, она не может найти себе мужа.
Зять Мэдж: Еще одного? Сколько вообще мужей у вас было?
Мэдж: Считая моего?

Доктор Дхуджарапартидар: Вам нужно новое бедро. Боюсь, вы пробудете в списке ожидающих операции минимум полгода.
Мюриэл: Но в моем возрасте я не могу планировать так далеко вперед! Я даже неспелых бананов не покупаю.

Мюриэл (везущему её санитару): Вы ведь знаете, кто там будет, не правда ли? Индийцы! Целые толпы, с коричневыми лицами и черными сердцами, пропахшие карри! Они по одному ведь не ходят. Они всегда толпой, чтобы легче было ограбить тебя среди бела дня.
Санитар (останавливается): Отсюда вы можете поехать сами.
Мюриэл: Но вам поручено отвезти меня домой!
Санитар (уходя): Моя жена из Мумбаи.
Мюриэл: Я тут ни причем, дружок, это ты на ней женился.

Норман: Привет, мы незнакомы. Норман Казинс.
– Мэдж Хардкасл. Очень приятно.
Норман: Правильно используйте возможности, и будет приятно.

Ивлин: Но посмотрите на этот автобус, там же нет места!
Грэм: Первое правило в Индии – место есть всегда.

Дуглас (подсаживает Ивлин в автобус): Поехали.
Ивлин: «Какие жаворонки, Пип!»
Дуглас: Что ж, будем надеяться.

Ивлин произносит фразу из «Больших надежд» Диккенса. Джо, воспитывавший Пипа в деревне, приезжает навестить его в Лондоне, когда тот стал джентльменом. Но оба испытывают неловкость, вызванную разницей в их положении. Джо говорит, что когда Пип приедет домой, они отлично проведут время: «Какие жаворонки, Пип! Что за жаворонки!» Но оба знают, что этого никогда не будет. Пронзительно. (отсюда)

Джин (мужу, взявшему у индуса-попутчика сэндвич): Ты сошел с ума? Избегайте любой пищи, кроме купленной у заслуживающих доверия торговцев. Это мылось в грязной воде.
Дуглас: Это всего лишь сэндвич.
Джин: О, чудесно. Тогда мне ветчину, сыр и стрептококк. Или бактерию, салатный лист и помидорчики.
Дуглас (к Мюриэл): Хотите? По-моему, это называется алу-ка-парата.
Мюриэл: Нет. Если я не могу выговорить название – я это есть не стану.

Сонни: Знаете, мы в Индии говорим: «В конце всё будет хорошо». Так что если пока всё не хорошо – это еще не конец.

Сонни (бежит к вырубившемуся Норману): Пропустите, мой брат врач!

Ивлин в блоге: От старых привычек избавиться легче, чем мы думаем. Вырабатываются новые. Я больше не включаю по утрам «Радио 4». Теперь я узнаю новости из газеты «Джайпур Геральд». Возможно, что скоро я привыкну даже к шквалу автомобильных гудков и крикам торговцев. В целом мире не сыскать насилия над всеми органами чувств, подобного этому. Те, кто знал эту страну в прежнее время, спокойно занимаются своими делами. Но непосвященного ничто не подготовит к этому буйству цвета и шума, к этой жаре, движению, вечно кишащим толпам. Сначала ты оглушен и ошеломлен. Но постепенно ты понимаешь – это подобно волне: сопротивляйся – и она тебя опрокинет; покорись ей – и выплывешь, оставив её позади.

Брат Сунейны (на собеседовании): Так вы говорите, чай строителей*?
Ивлин: Да. Мы макаем в него печенье.
Брат Сунейны: «Макаете»?
Ивлин: Да, окунаете печенье в чай и даете немного пропитаться... пытаетесь выждать единственно правильный момент, чтобы не дать печенью развалиться, и кладете его в рот, наслаждаясь божественным сочетанием чая и печенья... На деле это более умиротворяюще, чем звучит.
Брат Сунейны: Возможно, вы всё-таки сможете нам помочь.

* Builder's tea – разговорное название крепкого чая с молоком и сахаром, по сорту дешевого чая, который обычно пьют (из кружек, не из чашек!) строители во время перерыва.

Дуглас (Грэму): Я ездил в храм, о котором вы говорили. Вместилище покоя и размышлений. Было изумительно.
Джин (язвит): Такая духовность! Уверена – ты даже вони слоновьего навоза не заметил.

Сонни: И теперь, когда мы полностью действующие, мистер Марути, ясно, что пора переходить ко второй фазе развития, при помощи маленького финансового вливания. «Лучший экзотический отель» восстанет, словно Феникс, во всем своем прежнем блеске. Когда я говорю «маленькое», то имею в виду, скорее, среднего размера. Возможно, покрупнее.
Марути: Этот отель никогда блестящим не был.
Сонни: Тогда остановимся на слове «Феникс».

Миссис Капур: Мне что, нужен повод, чтобы навестить любимого сына?
Сонни: Он в своем особняке в Дели.
Миссис Капур: Хорошо – моего второго любимого сына.
Сонни: Он сколачивает капитал в Канаде. […] У меня есть мечта, Мамиджи, самая блестящая – зарабатывать на привозных стариках. И не только из Британии – есть много других стран, где не любят стариков.

Мэдж: Я принцесса Маргарет.
Секретарь клуба Viceroy: Для меня большая честь познакомиться с вами, мадам. Осмелюсь добавить, что вы прекрасно выглядите, учитывая, что девять лет назад вы скончались.

Ивлин (после фразы про умершего мужа): Знаете, недавно у меня был похожий телефонный разговор. Девушка так четко и неотступно следовала сценарию или плану продаж, что говорила без малейшего оттенка человечности. Как будто ей и дела нет до того, что на другом конце провода у меня душа рвется на части.
Сунейна: Вам его, наверное, ужасно не хватает.
Ивлин: Сочувствие похвально. Но больше оптимизма.
Сунейна: Ммм, знаете, как говорят – когда закрывается одна дверь...
Ивлин (шутит): ...все остальные тоже остаются закрытыми.

Норман (слишком рано подскакивает к бару): Что, напитки еще не готовы?
Мэдж (обрабатывавшая Кэрол, иронично): Говорят, терпение – укрощенная страсть.

Ивлин в блоге: День 22. Подобно зябликам Дарвина* мы медленно адаптируемся к новой среде обитания.
И когда адаптируешься – Бог мой, что за сокровища вокруг!.. Тоскуя по прошлому, его не вернешь. Возникает, возводится только настоящее – по мере того, как прошлое отступает.

*Зябликов с Галапагосских островов обычно приводят в качестве доказательства эволюции, как пример, который предположительно дал толчок теории Дарвина.

Грэм: Но я ведь уже заполнял этот бланк. Я подавал его вам много раз.
Клерк справочного бюро: Есть определенная процедура. Вы делаете запрос, для каждого запроса заполняется бланк.
Грэм: Но ведь я делаю один и тот же запрос ежедневно.
Клерк справочного бюро (невозмутимо): И поэтому вы заполняете один и тот же бланк.

Джин: Как вы терпите эту страну? Что такое вы видите, чего не вижу я?
Грэм: Свет. Цвета. Улыбки. То, что люди здесь считают жизнь привилегией, а не правом. Меня это многому учит.

Джин (официанту): Это пастеризованное молоко?
Официант (не задумываясь): Да, мэм. Очень, очень постеризованное.

Мюриэл (о своей бывшей работе и молодой заместительнице): Я старалась её всему научить. Не только теория и расходы... Знаете, приготовить бекон таким хрустящим, как нравится господину. Какую прическу любит малышка... Все эти мелочи, которые знаешь, только если любишь и заботишься.

Мэдж: Не тревожат опасности, связанные с занятием сексом в вашем возрасте?
Норман: Если она умрет – значит, умрет.

Ивлин в блоге: День 45. Конечно, это неизбежно. Соберите в одном месте несколько пожилых людей – и недалек тот час, когда кто-нибудь из них умрет.

Мэдж: Когда кто-то умирает, задумываешься о своей жизни... Я не хочу стареть. Не хочу, чтобы ко мне относились свысока, не хочу стать изолированной или пренебрегаемой обществом. Не хочу быть первым человеком, которого выпускают из самолета в кризис захвата заложников.

Ивлин: Я ходила повидаться с Горикой, женой Манужа. Мне хотелось спросить, чтó ей было известно. Она знала всё: что он любил другого мужчину, и всегда будет любить его. Он ей всё рассказал, когда готовились к свадьбе. У них не было тайн друг от друга. Ни одной. Это правильно, ведь так? Что проку в браке, если ничем друг с другом не делиться?

Дуглас (об Ивлин): Она была расстроена.
Джин: О, избавь меня от объяснений. Думаешь, я ревную?
Дуглас: Не вижу других причин ставить в неудобное положение меня... и Ивлин.
Джин: Кажется, ты и сам делаешь всё возможное, чтобы поставить себя в неловкое положение. Ты можешь представить, насколько омерзительно всем вокруг видеть, как ты лунатиком бродишь за этой жеманной, наивноглазой экс-домохозяйкой, пользующейся тем, что она одна...
Дуглас: Ты сама-то себя слышишь? Слышишь? Ты хоть отдаленно представляешь, в какое чудовище превратилась? Ты источаешь бесконечный негатив, отказываешься видеть хоть какую-то радость и свет, даже если они прямо перед тобой, отчаянно стараешься подавить малейший признак счастья во мне... или в ком-то еще. Просто чудо, что я не вешаюсь на шею первому, от кого услышу доброе слово в мой адрес. Но я не делаю этого, из... из чувства некой усохшей верности и уважения, взамен же ничего не получая.
Джин (после паузы): Я проверяла эл. почту. Есть письмо от Лоры.

Сонни: Сделать дом для пожилых таким замечательным... что они не захотят умирать.

Джин: Вообще, всё это чрезвычайно волнующе! Не просто сесть в самолет, но сесть в самолет и повернуть налево.
Норман: Повернуть налево?
Джин: Первый класс. И быть дома как раз к нашей 40-й годовщине свадьбы! Мы еще не решили, чем это отметить.
Мэдж (ядовито): Наверное, минутой молчания.

Мюриэл: Итак, мистер Марути...
Марути (добродушно): О, миссис Доннелли, пожалуйста, называйте меня Бханупракаш!

Ивлин: Ты можешь получить всё, чего хочешь, Сонни! Нужно просто перестать ждать, пока кто-то скажет тебе, что ты этого заслуживаешь. Боже мой! Иначе ты просто обманешь сам себя и ранишь...
Сонни (прерывает): Миссис Гринслейд, хватит бурить! Вы уже нашли нефть, мадам!

Кэрол: Вы так никого и не встретили?
Мэдж: Не замужем по выбору. Только это не мой выбор.

Ивлин: Всё вышло совсем не так, как я ожидала.
Мюриэл: В большинстве случаев так и бывает. Но, знаете, иногда то, что случается взамен, — отличная штука.


Ивлин в блоге: День 51. Единственная настоящая неудача – это неспособность предпринять попытку. Успех измеряется тем, как мы справляемся с разочарованиями. Как мы должны справляться. Мы сюда приехали, мы попытались. Каждый из нас по-своему. Можно ли обвинять нас за то, что мы чувствуем себя слишком старыми для перемен? Слишком страшимся разочарований, чтобы начинать всё снова... Мы просыпаемся утром. Мы делаем всё, что в наших силах. Всё прочее неважно. Но верно также то, что человек, который ничем не рискует, ничего не предпринимает — ничего и не имеет.

Интересные подробности о фильме (источник):

• Джин в саду читает книгу «Тюльпанная лихорадка» (Tulip Fever) английской писательницы Деборы Моггак (Deborah Moggach, born 1948). Она же автор романа «Эти глупости» (These Foolish Things, 2004), по мотивам которого снят фильм.
(Видимо, из рекламных соображений теперь и роман продается под названием кинофильма).

О писательнице: В 1985 её мать попала в тюрьму за то, что помогала неизлечимо больной подруге покончить с собой. Дебора Моггак – руководительница организации «Смерть с достоинством» (Dignity in Dying), которая проводит кампании за эвтаназию.

• Вот возраст исполнителей главных ролей (на момент съемок):
Мэдж (Celia Imrie) – 60 лет;
Дуглас (Bill Nighy) – 63 года;
Грэм (Tom Wilkinson) – 64 года;
Джин (Penelope Wilton) – 66 лет;
Норман (Ronald Pickup) – 72 года;
Мюриэл (Maggie Smith) – 78 лет;
Ивлин (Judi Dench) – 78 лет.

• На роли Нормана и Мэдж планировались Питер ОТул (Peter O'Toole) и Джули Кристи (Julie Christie).

• Актер Том Уилкинсон (Tom Wilkinson), сыгравший судью Грэма Дэшвуда, женат на актрисе Диане Хардкасл (Diana Hardcastle), которая сыграла роль Кэрол («как на рождество»).

• Том Уилкинсон (судья Грэм Дэшвуд) играл роль мистера Дэшвуда в экранизации романа «Разум и чувства» (Sense and Sensibility, 1995).

• По сюжету, Мэдж называет себя принцессой Маргарет. Маленькая Рамона Маркес (Ramona Marquez), сыгравшая в эпизоде внучку Мэдж, участвовала в фильме «Король говорит» (2010), где исполнила роль принцессы Маргарет в детстве.

Большинство фотографий взяты с фейсбук-странички фильма

Подготовила и перевела с английского Елена Кузьмина © http://cinemotions.blogspot.com/

Wednesday, 2 March 2016

«Большие надежды»/ High Hopes (1988), Mike Leigh - part 2

Окончание; см. начало рассказа о фильме

Печальные сцены сменяются сатирическими.


Вэлери устроила в честь 70-летия матери вечеринку (празднично водрузив на голову шапочку а-ля Летиция). Дом, как и его хозяйка – воплощение дурновкусия... Ширли и Сирил непрестанно иронизирует над туповатой Вэлери.

— Видели наш камин? Можно делать огонь сильнее, смотрите! Он не настоящий.
— Неужели? — язвит Сирил. — Ты сама все эти вещи выбирала?
— Да! Нравится?
— Как-то кричаще, нет?
— Я ничего не слышу (Вэлери бежит к окну).

Прибывает Мартин (Филип Джексон/ Philip Jackson), муж Вэлери — они два сапога пара. Сирил и Ширли, глядя в окно, упражняются в остроумии:
— Вот оно — ничтожество на Мэрсе.
[— Here he is — the jerk in the Merc. — No, the wanker in the tanker. — The weasel in the diesel.]
Вообще, их речь наполнена игрой слов (которую не умею перевести), всякими внутрисемейными словечками, собственным языком, возникающим за годы совместной жизни у любящей пары.
У Вэлери с Мартином «высокие отношения»: — Дверь закрой! — Рот закрой! А чё ты шляпу нацепила – в отпуск собралась?

Ворвавшийся «проныра на дизеле» снисходительно похлопывает Сирила по голове и здоровается: — Как дела, Шейла? – Хорошо... Марвин, — язвит в ответ Ширли.

Истерически вереща «С днем рождения!!», Вэлери волочет несчастную старуху (— Не тяни её! – Сама справлюсь со своей матерью!) в кресло, предлагает шампанское (чтобы хвастануть «полной чашей» купила шесть бутылок):
— У нас есть всё бухло, какое можно купить за деньги, а ей подавай чай! Вечно она всё портит!

В комнате, напоминающей стиль «донецкого быкоко» Януковича, Сирил комментирует украшения стола: — Полезная вещь! Банан из меди. Вдруг действительно захочется чего-то такого.

Мельтешащую по сверкающему дому Вэлери Мартин мимоходом отпихнул, та летит на диван – встает, водружает на место шапочку и провозглашает тост: — За мамин день рождения, потому что он может быть последним.

Мартин (он продает подержанные авто) одаривает Сирила «профессиональным советом» успешного бизнесмена (Таких как я очень мало!) — сколотить собственную курьерскую фирму:

– Всю грязную работу делают придурки, а ты сидишь в тепле и стрижешь бабло. Ты ж не хочешь в любую погоду таскаться по улицам на мопеде!
Сирил: Не у каждого цель копить деньги.
Мартин окидывает «роскошную» обстановку: — Думаешь, откуда это взялось?
Ширли, насмешливо обведя комнату: — Выпало из грузового кузова?

Мартин: Ты не так глупа, какой кажешься.
Ширли молниеносно парирует: Жаль, что о тебе такого не скажешь.


Захмелевший Мартин начинает клеиться к Ширли: — Пойдем в сад, дам тебе профессиональный совет. — Сделай одолжение.
— Там есть одно растение – хочу показать. — Наверняка есть. Пойду-ка возьму мои садовые ножницы.

Их диалог, посмеиваясь, слушает из соседней комнаты Сирил...


Вэлери набухалась подарочным шампанским; опять провизжав «с днем рожденья», заставляет мать задуть свечу на торте (Дуй! Я тебе сказала!), сует ей вилку в лицо...

Застывшее лицо старушки, фоном — ор её ссорящихся детей...


— У тебя последние 20 лет разжижение мозга! — А ты наркоман – и ты Ширли тоже! — Посмотри на себя! Ты позорище! Вечно пьяная! Эта вечеринка не для матери – а для тебя!


Мартин: — Четырехглазый дебил.
Сирил: — Ты обо мне?
— (спохватывается, хмыкает) Ой, нет, не о тебе, Сирил. О твоей чертовой сестричке.
— Не поспоришь.

Самодовольный бизнесмен Мартин даже не дал денег опекаемому им Сирилу на такси для старухи...


Дома Сирил готовит пирог. (И то правда: после подобных вечеринок всегда хочется есть).

Ширли привезла старушку к ним: — Она не хотела домой. Опять путается. Кто такая Фрида? Она говорила о ней.

Мать угостили чаем и пирогом.
— Вы тоже можете выпить, если хотите, — забывшись, угощает старушка.
— Спасибо, — улыбается Сирил.

Доброе располагающее лицо Ширли – напоминает её героиню из «Еще одного года».


Миссис Бендер оттаяла и разговорилась, путая прошлое с настоящим: её мать всегда любила её сестер, Фриду и Рене, больше, чем её. Никогда их пальцем не трогала, одевала в новое – а ей оставались обноски... А позже к её мужу приставала сестра...
— Надо им позвонить, – и старушка валится на кровать.

На мгновение приходит в себя: — Это кто?
— Никто, скелет. Плакат за ядерное разоружение...


Ширли: В 2026-м мне будет 70, если доживу.
Сирил: Это будет столетие Всеобщей стачки...
— Ты боишься старости? — Немного... — А я боюсь ожесточиться...

Сирил говорит, что в июне ему стукнет 35. Ширли тут же замечает: роди мы ребенка в этом году, когда нам будет 70, ему будет 35.
Это всё решает (может, из-за 70-летия матери? или вследствие примирения с ней сына?) – можно не предохраняться.


Утром бабулю ведут на крышу – там крохотный садик Ширли, и вид на город.


— We'll take you somewhere nice. Ramsgate. — Aldgate. — Harrogate. — Cow and Gate. — Watergate.


— Это же крыша мира! — бормочет старушка...


Исполнительница роли миссис Бендер Эдна Дорэ (Edna Lillian Doré, 1921-2014) умерла 11 апреля 2014 года в возрасте 92 лет.
Майк Ли вспоминал о ней:
«Она ругалась как солдат, курила как паровоз, не терпела чуши и дураков.
Сначала она отнеслась к репетициям на съемочной площадке "Больших надежд" скептично. Но полностью доверившись мне, импровизации и отсутствию сценария, она с безмерным энтузиазмом погрузилась в эту историю. Даже играла отдельные сцены без своих вставных челюстей. Когда за прочувствованное исполнение этой роли ей вручали приз Европейского кинофестиваля (European Film Award), она с сарказмом отметила, что право на бесплатный проезд в автобусе получила гораздо раньше, чем эту, первую в её карьере, награду.
Она была очень остроумной. Легендарными были её непристойные шутки. Славилась садоводческим талантом и премированным участком. С наслаждением рассказывала историю о том, как полиция, следившая за группой наркоторговцев в соседнем доме, арендовала её тепличку, где было полным-полно ухоженной конопли.
Мы просто не могли не пригласить её поучаствовать в одной из сцен на садовом участке в картине "Еще один год" (2010). Она была больна и слаба, но согласилась. Потому что она оставалась настоящим бойцом, образцовым участником актерсокй группы. Всем нам будет не хватать её остроумия, её щедрости, и сверх всего – её неповторимой, искренней актерской игры».

Для меня, помимо прочего, «Большие надежды», прежде всего, история сближения сына с матерью: в начале повидать мать – это «поскорее покончить с неприятным», в конце: «надо бывать у нее почаще, ей нужна забота».

Фильм ни коим образом не левацкая пропаганда – было бы незаслуженным упрощением считать работы Майка Ли чем-то столь примитивным. Как во всех его историях, в этой намешано очень много нюансов и вопросов. Да и при всей симпатии к Сирилу и Ширли, эти персонажи у него далеки от одномерного идеала. В начале фильма посмеиваешься над другими – в конце становится как-то неуютно, задумываешься о себе.
(на фото Майк Ли и оператор фильма Роджер Пратт/Roger Pratt)

Это драма, комедия, трагикомедия – как сама жизнь.
Режиссер Майк Ли, автор сценария – он же, хотя сценарий в картинах Ли понятие весьма условное. Как известно, сюжет (тоже обычно весьма условный) развивается в ходе многократных скрупулезных импровизаций исполнителей («Мы с актерами отправляемся в путешествие, не зная, куда оно нас заведет»). Актеры самостоятельно создают и развивают образы своих персонажей.
Фильм, как и все картины Ли – исследование внутрисемейных взаимоотношений.

Запоминается гармония Сирила-Дэвиса и Ширли-Шин – полное взаимопонимание, нежность, собственный язык, шутки, незаметные взгляды и жесты, передающие тесную связь. Прекрасно создан образ старухи-матери.
Их естественности и теплу противопоставлены манерные манекены, Летиция и Руперт.

Ли безжалостно (и с непревзойденным юмором) препарирует британское классовое общество – в качестве скальпеля используя самое страшное для соотечественников: страх попасть в неловкое положение.

В своих интервью режиссер часто сетует на трудности финансирования – неудивительно, принимая во внимание его необычный творческий метод. Для «Больших надежд» часть средств нашлась у новаторского «Четвертого телеканала».

В интервью о картине Майк Ли рассказал, что замысел возник из размышлений о «политической дезориентации», о потребности иметь потомство, а также из личных переживаний: смерть отца; трудности, с которыми сталкиваются пожилые люди в быстро меняющихся районах Лондона.
Критики, знакомые с предыдущими театральными и телевизионными проектами Майка Ли, отмечали, что «Большие надежды» наиболее оптимистичная из всех его историй. На что режиссер ответил:
«Назвать эту картину оптимистичной – значит, незаслуженно её упростить... Но если бы кто-нибудь воспринял этот фильм как чистую сатиру – меня бы это огорчило.
[...] Показывая жизнь такой, как она есть, ты неизбежно, пусть косвенно, иносказательно — сокрушаешься, оплакиваешь её».

Моя любовь к творчеству Майка Ли с каждым увиденным фильмом всё крепнет. Это многомерные, заставляющие думать притчи, хотя напоминают подглядывание в замочную скважину за самыми обычными людьми. Это фильмы, подобные самым ценным книгам – тем, которые необходимо перечитывать многократно, в разные периоды жизни, в разном возрасте. Убеждена, что каждый думающий зритель увидит в историях Ли что-то своё – думаю, это и есть цель режиссера.

Е. Кузьмина © http://cinemotions.blogspot.com/
Related Posts Plugin for WordPress, Blogger...