Friday, 26 August 2016

Горина Любовь Павловна/ Lubov Gorina (1942 - 2015)

Год назад о смерти Любови Павловны я узнала случайно, из фейсбук-странички фотографа Валерия Плотникова.

26 августа 2015 года
В Москве на 74-м году жизни скончалась вдова сатирика и драматурга Григория Горина, Любовь Павловна Горина (урождённая Кереселидзе), пережившая своего супруга на 15 лет.
В своих интервью Г. Горин всегда говорил, что самые известные его произведения появились благодаря вдохновению, которое дарила ему жена.
* * *
Любовь Горина:

В его [Горина] однокомнатной квартире с ходу удивил шкаф, доверху заставленный книгами. На этом фоне даже Гриша со своим ростом не казался таким уж высоким. И мягкая дикция сразу смазала его мужественный образ. Он стал каким-то своим и уютным.
«В одном из прошлых воплощений я был пчелой, отсюда имею привычку неожиданно налетать на собеседника и много жужжать, пока тот не начнет нервно отмахиваться», — иронизировал над собой Гриша.

Вскоре мы случайно встретились на выходе из Театра Сатиры — он подошел ко мне: «Вы домой? А поехали с нами!».
«С нами» — это с Марком Захаровым, Шурой Ширвиндтом и Андреем Мироновым, его ближайшими друзьями… Тогда ведь все тесно общались, дружили на кухнях «против государства». Душевно посидели у Гриши.

Потом он позвонил: «Пошли в “Сатиру”!» Тут же согласилась — от театров я никогда не отказывалась.

Гриша знал, как до меня достучаться. Открываю почтовый ящик, а там письмо. Я храню его до сих пор и перечитываю со слезами на глазах, хотя оно не было лишено «горинского» юмора: «Люба, помните, что по Москве ходит высокий толстый человек и постоянно думает о вас». Хотя толстым он никогда не был.

...«В нашей компании никто не женился и не собирается!» — заявил мне однажды его близкий друг Борис [Толокнов], который боялся потерять Гришу. Нам было под тридцать — еще молодые, но уже не юные.
Борины угрозы не сбылись — мы поженились через полгода после знакомства. Это вышло естественно и как бы само собой. Зарегистрировались и сразу поехали в Дом творчества писателей под Ригу. Потом поменяли две наши квартиры на одну в доме на улице Горького (ныне Тверская). И с этим местом связаны самые счастливые воспоминания. Часто мы выбегали из дома за пятнадцать минут до начала спектакля: до всех театров от нас — два шага. Обсуждали увиденное на сцене, прогуливаясь по ночной Москве… И друзья жили неподалеку.

Однажды Гриша позвал в гости еще одного своего друга — Игоря Квашу. Но тот не хотел выходить из дома: «Плохо себя чувствую — просто помираю». Тогда мы сами поехали его навестить. Позвонили в домофон и на вопрос: «Кто?» Гриша быстро нашелся: «Бюро ритуальных услуг».


Иногда мне казалось, что я умею читать его мысли.
Однажды Гриша вошел на кухню и говорит: «Когда…» А я уже отвечаю: «18 ноября!». Он даже отшатнулся: «Откуда ты знаешь, что я хотел спросить?» Он пытался уточнить, когда день рождения у Эльдара Рязанова. Как в Гришином «Доме, который построил Свифт», мы общались «минуя уши, не разжимая рта. Напрямую!»

Он иногда шутил: «Я женился на грузинке из ностальгии по прошлой жизни…»
Учил вспоминать, кем мы были до рождения, — по тому же принципу, который зрители наблюдают в «Свифте». Закрывал глаза и прокручивал пленку обратно: «Мне 20 — я в мединституте. Мне 10 — я в литкружке пишу стихотворение. Я в утробе матери — плаваю… Мне 85, я в горах пасу корову… Я — грузинская бабушка!»

[после смерти Миронова] Дома подолгу замирал, молчаливый, задумчивый... Но был слишком деликатен, чтобы перекладывать свои переживания на жену. У него еще хватало сил меня утешать, пытался посмотреть на горе с философской точки зрения: «Андрюша умер, но разве его больше нет? Он всегда будет».
Гриша был тонким человеком, на все душевно откликался, может, поэтому сердце и не выдержало…

Я с ним не расставалась ни на минуту, даже когда физически мы не были рядом. Много путешествовали вместе, но иногда Гриша ездил с группой писателей и без меня. Тогда с любого конца света летели письма: «Когда ты рядом — Люба и Люба, а нет тебя, и понимаешь — самый дорогой человек»; «Не скучай. Краткие разлуки — вещь полезная. Они подчеркивают ценность и счастье совместного существования людей. Даже заочное общение необходимо. Не ленись хотя бы через день писать мужу письма».


Шура [Ширвиндт] тоже не смирился с уходом друга, он иногда повторяет: «Горин — космический человек. Поэтому мне кажется, что он не умер, а просто эмигрировал туда».

2011 год, источник

* * *
Сегодня друзья вас не забывают?

Любовь Павловна: Не забывали (грустно улыбается). Раньше всегда приглашали на спектакли. Мы вместе отмечали Гришин день рождения. Но последний год обо мне забыли. Не приглашают. Наверное, людям некомфортно общаться с вечно печальным человеком, даже если причиной тому смерть их близкого друга.

2013 год, источник
Фото Валерия Плотникова
* * *
Из книги Игоря Оболенского «Близкие люди. Мемуары великих на фоне семьи»:

Любовь Горина: Знаете, у меня очень плохая память стала. У меня муж умер в одночасье, не болея. И я собрала лекарства и выпила, не хотела жить. После этого меня забрали в больницу и лечили электрошоком. Причем взяли расписку у моей сестры, что она не против. Она не понимала, что это такое. И расписку дала. После этого моя память ухудшилась. Электрошоком лечили депрессию, чтобы не вернулось желание снова покончить с собой. Довольно жестокий способ лечения, надо признаться.
А до этого память была прекрасной. Учительница говорила: «В ваш класс противно входить. Одна Кереселидзе сияет, как звезда в тумане». Так меня одноклассники и называли. Если опаздывала, говорили: «Наша звезда в тумане опоздала».

Я ведь чудом осталась в живых. Выпила смертельную дозу снотворного. И не просыпалась, и не просыпалась. Так получилось, что в тот момент у меня жила грузинская девочка, дальняя родственница. И она позвонила Свете, моей сестре. Та забила тревогу...

...Да (тяжело вздохнув). Вся жизнь полностью изменилась. После смерти Гриши все были ко мне очень внимательны, но со временем всё затихает. И это нормально. Теперь я одна в нашей квартире, которую обставляла для двоих...
Иногда захожу в Гришин кабинет... Хотите посмотреть? Только проверю, все ли там в порядке... Вот, заходите.


(фото с фейсбук страницы И. Оболенского)
За этим столом он написал «Тот самый Мюнхгаузен». Я ничего не выбрасывала, совершенно ничего.

У Гриши было много друзей, он со всеми общался. Зная его невероятное остроумие, ему даже звонили по телефону и просили придумать шутку. Как-то, например, позвонил Леонид Броневой и попросил придумать ответ на выражение «Вы от скромности не умрете». Гриша мгновенно придумал: «Скажи: “А вы позвольте мне умереть от старости”»...
С Гришей было легко и интересно.

* * *
Любовь Горина. Я тебя жду!
(Последнее письмо)

Гриша!
Я видела, как ты умирал. Я врывалась в комнату, где ты лежал, но врачи выпроваживали меня.
Когда я вошла в последний раз, ты закрывал глаза, как оказалось, навсегда.
Эта картина преследует меня, прокручиваясь в моей голове по сто раз на день.
В эту минуту я потеряла все. Все, потому что ты для меня был мужем, братом, отцом, другом. А еще я потеряла смысл жизни.

Проводить тебя пришло много народу. Из Сан-Франциско приехали Марина с Гришей, Юра Кушак принес на похороны твою только что вышедшую в «Антологии сатиры и юмора» книгу. Хорошо издана. Тебя бы порадовала.

Похоронили тебя на Ваганьковском кладбище, недалеко от Булата.
Вскоре рядом с тобой нашла свой покой Аллочка Балтер.
Отец умер через два месяца после тебя, не перенес смерти сына.

Твои родные звонят часто, зовут меня пожить с ними. Я не еду, не могу оставить тебя одного надолго. Я чувствую, как ты радуешься, когда я прихожу. Только не смотри так грустно и укоризненно мне, уходящей, вслед, это рвет мне душу.
Изба на Валдае, которую ты так любовно отстраивал и сажал деревья в саду, уже не наша. Прости, мне тоже было грустно с ней расставаться, но я не смогу туда ездить одна, без тебя.
Шурик стал худруком Театра Сатиры.
Эльдар пишет толстую книгу жизни.
Аркан скоро переедет в новую квартиру в новом доме. Я за него рада. Пора уже.
Премьера «Шута» у Марка откладывается из-за сложности декораций. Говорят, что в «Ленкоме» будет стоять твой бюст. Не знаю, как к этому относиться.
В драмтеатре Пскова поставили твоего «Герострата». Завлит прислала мне афишу и две рецензии. В них написано, что пьеса эта вечная. Дай-то Бог.
Скоро выйдет твоя новая книга «Театр Горина». Издатели хотят приурочить ее выход к премьере «Шута» в «Ленкоме».
Да, в одном из пражских театров репетируют «Тиля».
Паничи в Питере репетируют «Шута» с большим энтузиазмом.

Поеду посмотрю, приду к тебе – расскажу. Жаль только, нельзя побыть наедине с тобой. Очень уж многолюдно там. Это кладбище стало излюбленным объектом туристов.

Обо мне не волнуйся. Несколько месяцев у меня жила грузинская девушка. Благодаря ей я выжила. Сейчас она уехала, так как для грузинских граждан введен визовый режим.
На Новый год была на даче у [Бориса] Толокнова. Впервые я его встречала без тебя. Плакала, конечно. Как гвозди, куранты вбивали в мое сознание две фразы: «Гриши больше нет. Учись жить одна».

Друзья звонят и помогают, но тебя ведь заменить мне никто не может.
Изо всех сил я стараюсь держаться.
Людям некомфортно общаться с вечно печальным человеком, даже если причина печали – смерть мужа.

Дом без тебя опустел, замолчал телефон. В сиротливом недоумении смотрит на меня невостребованный компьютер. В доме поселилась гнетущая тишина. Как всегда, в твое отсутствие воюют со мной все предметы. Я учусь их чинить. Или зову кого-нибудь на помощь.

Почему ты не приходишь ко мне даже во сне? Я так соскучилась по тебе.
Гриша, родной! Я видела, как ты умирал, бросала горсть земли в твою могилу, часто хожу на кладбище и все еще не верю.
Не верю и не могу смириться, что тебя нет.
Говорят, время лечит… Ничего оно не лечит.
Часто подхожу к дверям в надежде, что вот сейчас они распахнутся, и войдешь ты, большой и шумный.
Пожалуйста, возвращайся. Я так тебя жду!
Твоя Люба

Подготовила Е. Кузьмина © http://cinemotions.blogspot.com/
Related Posts Plugin for WordPress, Blogger...