Monday, 30 March 2009

Стивен Содерберг «Секс, ложь и видео» киносценарий /scenario «Sex, lies and videotape» (1989)


Г р э м. А вы знаете, что если запереть кого-то в комнате и единственные часы будут отбивать на два часа больше каждые сутки, организм свыкнется с этим? Просто потому, что если мозг принимает 26 часов за 24, тело слушается. К тому же время разделено на периоды. И жизнь ваша тоже может быть поделена на временные периоды, формирующие вашу личность (если вы обладаете оной). Например, в 12 лет у меня состоялся 11-минутный разговор с отцом, по сей день определяющий наши с ним отношения. Я, конечно, не утверждаю, что все на свете произошло за этот конкретный отрезок времени, но сейчас кажется, будто все главные события моего детства, связанные с отцом, вместились именно в эти одиннадцать минут.
*
Г р э м. Видишь ли, сейчас у меня есть только один этот ключ, и мне это нравится. Все, что мне принадлежит, находится в машине. Если я найму квартиру, у меня будет уже два ключа. Если я найду работу, там тоже придется что-то отпирать или запирать время от времени, а это означает еще больше ключей. Я куплю что-то, буду бояться грабителей, заведу замки, и число ключей опять увеличится. А мне нравится иметь только один ключ. В этом есть что-то чистое, понимаете?
*
Г р э м. Налоги? Разумеется, плачу. Только лжецы не платят налоги, а я не лжец. Лжецы на втором месте среди низших форм человеческого естества.
А н н а (из кухни). А кто на первом?
Г р э м. Юристы.


А н н а. Ладно. Я думаю, что... По-моему, секс переоценивают. Все придают ему слишком большое значение. И то, что говорят, будто женщинам он также необходим, я считаю чепухой. Я не говорю, что он вовсе не нужен женщинам, просто мне кажется, он им нужен не из-за того, из-за чего... мужчинам кажется... он им нужен... (Улыбается.) Я запуталась.
Грэм улыбается.
А н н а. Ты понимаешь, что я пытаюсь сказать?
Г р э м. По-моему, да. Я где-то читал, что мужчины приучаются любить того, кого желают, в то время как женщины все больше и больше начинают хотеть именно того человека, которого они любят.
*
С и н т и я. Как я уже объяснила, Анна — моя сестра. Сестры имеют обыкновение болтать. Остальное домыслите сами.
Г р э м. Не могу. Я считаю нездоровым оценивать людей, которых я не знаю, или беседы, которых я не слыхал.



Весь текст киносценария и кадры из фильма

Thursday, 26 March 2009

«Почти смешная история» / An Almost Funny Story / Pochti smeshnaya istoriya (1977)

Я леплю из пластилина.
Пластилин нежней, чем глина

Я леплю из пластилина
Кукол, клоунов, собак


Если кукла выйдет плохо

Назову ее Дуреха

Если клоун выйдет плохо

Назову его Дурак


С детства этот фильм застрял в памяти именно этой песенкой.
"Я вам сейчас петь буду", - угрожающе звучит простодушная Иллария... Любопытно было годы спустя посмотреть заново.

Несмотря на работу с разными режиссерами (чаще всего, конечно, с Рязановым), Брагинский, как и многие пишущие, всю жизнь создавал один и тот же сценарий. «Вокзал для двоих», «Поездки на старом автомобиле», «Ирония судьбы», «Нежданно-негаданно», «Суета сует», «Карусель» (или нет, последний не его, но из той же серии): не первой молодости он и она, забавно-трагические перипетии, неизбежный хэппи-энд.

Две сестры, Тася (Таисия) и Иля (Иллария) приезжают в условный городок Древнегорск на Волге. Тася (Людмила Аринина) живописец.



Младшая Иля (Ольга Антонова), несмотря на свои почти 40 лет, - инфантильное, взбалмошное и нездешнее существо. Категорично-волевая Тася взвалила на младшенькую всё: Иля проживает вместе с семьёй сестры (муж, двое детей), и жизнерадостно и чуть отстраненно волочет на себе воз обязанностей – уход за домом и детишками, кроме того, подрабатывает на дому чертежницей...

Вот и здесь Иля прёт на себе чемодан с художественными принадлежностями старшей сестры. Ей вызывается помочь хмурый Мешков, прибывший в Древнегорск в командировку... Вскоре оказывается, что нездешняя (эвфемизм) Иля влюбилась в немолодого Мешкова, разглядев в нём «отзывчивое сердце и добрую, светлую душу».



История глуповатая и скучноватая; спасают фильм исключительно актеры – прежде всего дебютантка в кино Ольга Антонова.


из Википедии: "В кино дебютировала в телефильме Петра Фоменко "Почти смешная история" (1977, сценарий Э.Брагинского). К этому времени Антонова была хорошо известной ленинградцам актрисой Академического Театра Комедии. Но всенародную славу принесла ей впервые именно эта картина".

из статьи: "Фоменко предложил Антоновой роль эксцентричной и возвышенной девушки по имени Иллария в полюбившемся многими телефильме "Почти смешная история" (1977, сценарий Э. Брагинского), акварельно и трагикомически выразившим особое томление души, интеллигентскую ментальность "семидесятников".

Ну, смешной эпизод с самодовольным красавцем в исполнении Валентина Гафта:

Вот эта, в шляпке. Уставилась на меня, ручонками машет, в глазах тоска. А я на нее моргал!

Герой-любовник с говорящей фамилией Мешков выведен инженером по ТБ - почему-то популярная у советских сценаристов профессия (вспомнила зализанные волосья на лысине у другого инженера ТБ в «Дамы приглашают кавалеров»). Видимо, стереотипный ореол профдеформации (занудство и всеобщая нелюбовь) призван подчеркнуть необычайную романтичность.



Михаил Глузский, бесспорно, актёр хороший. Но в свои 59 в роли (пусть даже с оттенком комичности) героя-любовника Мешкова – увольте, уж очень помят, особенно на фоне дивно свежей Антоновой...

Фильм хорошо включать "фоном", когда, например, делаешь уборку по дому: много песен, сюжет не суть важен...

сценарий фильма.

Saturday, 21 March 2009

Прочисти мозги! / Свободный Райнер, твой телевизор врёт! /Free Rainer - Dein Fernseher lügt/ Reclaim Your Brain (2007)

Польстилась, увидев, что комедия, что Блайбтрой, которого, наверное, единственного помню из немецких актеров, ну и тема глобально-актуальная – тупое телевидение развращает массы!

Начало динамичное и многообещающее (ложная тревога), хоть и клишированное; в духе Уэльбека и «99 франков». Успешный телепродюсер Райнер (Мориц Бляйбтрой/Moritz Bleibtreu) — автор дебильных шоу, похабных конкурсов («Чей сперматозоид самый проворный?») и прочих помоев.

В незанятное их производством время Райнер гоняет на супертачке, попутно нюхая кокс да попивая водочку. Но минут через 15 после начала фильма в его авто врезается загадочная красавица (Эльза Софи Гамбар/Elsa Sophie Schulz Gambard): стройная сексапилка живет в палатке в лесу, питается колбасой и плавает в реке – оказалось, она сиротка, мстящая за гибель дедушки; бедняга повесился, не пережив обвинений, вывалившихся на него в одной из Райнеровский программ.

Побывавшего на грани умирания Райнера посетили чудовищные видения:
«Из-за тебя все зрители – умственно отсталые», - пугает грудастая телеведущая.

Повеселила студия в кошмаре продюсера – прямо зрители программ «Кривое зеркало», «Поле чудес», «95 квартал» или как там всех этих КВН-щиков...

Тут же у циничного наркомана пробуждается совесть (Ты не можешь ненавидеть меня больше, чем я сам); он пытается делать умные передачи – не вышло. Тогда он бросает пакостную работу и сколачивает некую подпольную группу по борьбе с телерейтингами. Всё зло – в них; а зрители – хорошие, умные и интеллигентные; их просто подсадили на телепомои!

И дальше сюжет гуманистической сказки вырождается в нечто невероятно тупое – настолько невероятно, что продолжаешь смотреть, не в силах поверить: это и всё?! Революционное открытие: оказывается, если смотреть «ящик» - отупеешь! И не будет времени гулять, читать, общаться с природой, друзьями и членами семьи.

Прозревший Райнер (среди прочего цитирующий «Майн кампф»!) и его приторная подруга (читавшая «Бравый новый мир»!) набирают «группу поддержки» – сплошь стереотипные неудачники: алкаши, хакеры-социопаты, этнические меньшинства - но все очень добрые и красивые душой.. И вот вся эта dream-team умудряется, невинно манипулируя телерейтингами, вернуть немецкую нацию к вечным ценностям. «Если долго кормить зрителей говном, они привыкают», — откровенничает главный герой. Следовательно, если долго кормить зрителей хорошим - тоже привыкнут.

И вот – сработало. Немцы поголовно выбрасывают телеящики на свалку; гуляют семьями, запойно читают, радуются жизни, – а уж если и смотрят ТВ, то исключительно образовательные документалки про древний Египет да фильмы кино-классиков.


Пространная, примитивная до тошноты (до неё же назидательная) история. Для комедии – не смешно; для сатиры – не едко; романтическая линия – пластмассовая. Страшновато от мысли, что режиссер всё это – всерьез. Тогда он сам недалеко ушел от мыльных опер из телепомойки...

Из рецензии немецкой журналистки:

«В одном интервью режиссер [Ганс Вайнгартнер/Hans Weingartner] сказал: "Я верю в разумность масс". Но эта вера, как, впрочем, его политические взгляды и утопические представления, довольно наивна. Поэтому многое в фильме слишком натянуто, чтобы не сказать — невероятно. Например, трудно поверить в радикальную метаморфозу Райнера, когда успешный продюсер (законченный циник и будущий наркоман) вдруг испытывает нравственное просветление и становится страстным борцом против общества потребления, типичным представителем которого он был. Очевидно, режиссер и сам ощущает, что это — натяжка, поскольку он постарался как можно быстрее оставить позади тему столь неубедительного поворота Райнера к нравственному самосознанию. Невероятно и смешно, когда мы видим, что из группы социальных изгоев и бомжей Райнер создает сплоченный коллектив борцов за этическое, эстетическое и духовное воспитание масс. А массы воспряли от духовного сна столь резво и с такой готовностью, что на это просто нельзя смотреть без улыбки.
Крупный недостаток фильма — схематичность и прямолинейность. Почти все персонажи напоминают карикатуры, характерам не хватает жизненной полноты, объемности, словно они живут в одном-единственном измерении. Быть может, для рейтинга этого и достаточно, но для духовной революции — слишком мало».

Thursday, 19 March 2009

На чужой вкус / The Taste of Others / It Takes All Kinds / Le Goût des autres (2000)

«Встреча Аньес Жауи с Жаном-Пьером Бакри произошла еще в начале 1990-х, и с тех пор этот тандем практически неразлучен. Оба с удовольствием играют на сцене и в кино, пишут пьесы и сценарии, а иногда занимаются и режиссурой.
Аньес, снявшей, помимо прочего, рекламный ролик к картине Рене, явно понравилось быть режиссером - она снимает свой полнометражный дебют "На чужой вкус", сыграв в нем сама и пригласив на главные роли членов своей команды - Бакри, Алена Шаба (с которым сыграла в фильме Корно "Кузен"), близкого к Les Nuls Жерара Ланвена и Владимира Йорданоффа.
Снова всеобщий восторг, и Аньес начинает готовить свой следующий проект, не переставая, впрочем, сниматься».
(из статьи)

Это второй фильм чрезвычайно симпатичной пары Аньес Жауи и Жан-Пьера Бакри, который я посмотрела – их «Как картинка» стала одним из самых ярких кино-впечатлений.
Когда-то давно уже видела «На чужой вкус» и с тех пор разыскивала; а как известно, кто ищет — всегда найдет.

Фильм – воплощение всего, что люблю в кино: умное, глубокое, с тонким юмором, основанным не на ситуациях и гэгах, но на неподдельности, искренности героев и событий; остроумное смешение жанров, драма и комедия, — всё как в жизни. Бесконечное множество тонких остроумных диалогов — только успевай замечать!

О пьесах дуэта Жауи-Бакри: «Вырисовывается авторский стиль дуэта; пьесы Бакри-Жауи — это чрезвычайно точные комедии нравов, явно окрашенные черным юмором, при этом авторы никогда не издеваются над своими героями, а умудряются найти в каждом персонаже очень милые и узнаваемые всеми черты», — всё сказанное справедливо и по отношению к киноисториям, которое снимает эта симпатичная чета. Здесь Жауи снова — и сценаристка, и режиссер, и актриса.

Как всегда в её фильмах важна музыка; неповторимый и запоминающийся саундтрек. Это понятно: кроме того, что она — актриса, режиссер и сценарист, Аньес Жауи еще и известная певица.

Шофер Брюно (Ален Шаба/ Alain Chabat) и скучающий телохранитель Франк (Жерар Ланвен/ Gеrard Lanvin) увлеченно беседуют о взятках. Брюно идеалист, еще не утратил веру в человечество, Франк гораздо более циничен, «всё видит в черном цвете». Среди прочего упоминается, что невеста Брюно — на длительной стажировке в США, но он ей доверяет и верно ждет.

Жан-Жак Кастелла (Жан-Пьер Бакри/ Jean-Pierre Bacri) - директор крупного предприятия (шофер и телохранитель — его). Он богат, но неотесан; прост и незатейлив, как грабли; раздражителен; театр не любит; верх мечтаний — просмотр мыльной оперы по телевизору; одеваться не умеет («Ты бы спросил, где он покупает костюмы», — советует жена, имея в виду элегантного и образованного коллегу мужа, Вебера).

Вебер (Ксавье де Гийбон/ Xavier De Guillebon) советует шефу заняться английским, но Кастелла недоволен: зачем еще? — и обходится с пришедшей впервые преподавательницей, мадемуазель Кларой Дэво (Анна Альваро/ Anne Alvaro) весьма жестко.

Его вообще всё раздражает: телохранитель, иранцы, с которыми предстоит подписать контракт, а тут еще английский... «У вас есть метод повеселее?» — вопрошает он Клару. Та обращается к нему по-английски. «Ах, таков ваш метод», — и сердитый Кастелла выпроваживает учительницу...

Его жена с цветистым именем Анжелика (Кристиан Милле/ Christiane Millet) — низкопробная дизайнер; весь дом — в розовых рюшках, цветочках, вазочках... Да и носит она тоже что-то такое в цветочек...

И дальше события этого чудесного фильма продолжают разворачиваться, очень естественно и плавно взаимопереплетаясь, между тремя мужчинами — Кастелла, Брюно и Франк, и тремя женщинами — Клара, Анжелика и Мани.
Словно крошечные кусочки мозаики складываются в узор их встречи, жесты, диалоги, комментарии... Люди — не хочется называть их персонажами, настолько реальны! — останавливаются, задумываются, по-новому смотрят на окружающих и на житейские ситуации, примеряя всё на свой вкус; отказываются от стереотипов.

Очень хорошее название — ёмко отражает суть. Фильм прост, без неожиданных изгибов сюжета и эффектных ходов, с открытым финалом (мне показалось, что всё ясно, но читала зрительские отзывы с противоположными выводами). Наблюдать этих людей — великое удовольствие, а потом, после просмотра, снова и снова думаешь о рассказанных в нем историях и людях — такие они узнаваемые, настоящие и многоплановые.

У сестры Жан-Жака Кастелла, Беатрис (Брижит Катильон/Brigitte Catillon) проблемы с мужем.
Анжелика: Я твоего мужа с самого начала не любила.
Беатрис: А я любила.

Она с детьми переезжает — Жан-Жак помог, а Анжелика вызывается оформить дом (она ведь дизайнер, а также хозяйка песика Флюка, который любит всех кусать).

Кастелла: Надо что-то делать. Он не первый раз кусается.
Анжелика: Ну и что? Всякий раз он был прав. Либо к нему приставали, либо он чувствовал, что этот человек недобрый – собаки это чувствуют.

Анжелика жалуется мужу на его сестру: Я пытаюсь научить ее любить красивые вещи, а она не слушает.

Супруги Кастелла, к неудовольствию Жан-Жака, идут в театр — там играет племянница.
Кастелла (о спектакле): О, еще и в стихах...

Шофер и телохранитель коротают время в беседах.
Брюс: О чем ты думаешь?
Франк: Я не думаю, я от скуки дохну.
Брюс: А выглядишь так, будто думаешь.

Отправившись в бар за сигаретами для Франка (Я не могу бросить пост!), Брюс встречает барменшу Мани (Аньес Жауи/Agnès Jaoui). Она ему улыбается:
Ты меня не помнишь?
Брюс: А... откуда мы знакомы?
Мани: Да неважно. Как-то вместе спали... Ничего, бывает. Чаще с мужчинами, но бывает. Мы ведь физиологически устроены по-разному, так что значение этому придаём разное. Забудем.

Но романтичный Брюно смущен и опечален своей забывчивостью. Многоопытный Франк утешает его:
— Да так всегда бывает. То ты пьян, то темно, то в подъезде — всех ведь не упомнишь! Из двух-трех сотен баб хорошо, если я вспомню хоть пару десятков...
В ответ на удивление Брюса поясняет свою арифметику:
— Начал в 15, мне — 45. За 30 лет по 10 в год — вот и считай...
Брюс: А у меня 25 умножить на 2... Пятьдесят. Тоже немало. Но я подолгу с каждой был...

Оказалось, что Клара Дэво, изгнанная учительница английского, играет главную роль в этом спектакле в стихах («Береника»). Кастелла внезапно словно пронзён — ему открылось нечто новое, нечто вне привычных для него узких обывательских рамок; он словно увидел новую жизнь, — пораженно следит за спектаклем. По окончании они с женой идут за кулисы — поговорить с племянницей:

Кастелла: Ну, плакать ты не умеешь.
Анжелика: Это же наверное самое трудное... А что труднее — плакать или текст запомнить?

Клара с друзьями — безработной костюмершей Валери (Анн ле Ни/ Anne Le Ny) и жизнерадостным геем Антуаном (Владимир Йорданов/ Wladimir Yordanoff) — отправляется в бар, тот самый, где работает Мани, с которой Клара дружна.

Антуан (Валери): Обожаю биржу труда. Очень теплая человечная обстановка. Приятно поунижаться время от времени. Сходим вместе!

Мани подторговывает опиумом и травой («и зеленая юбка есть, и коричневая — приходи») и ворчит на Клару: — Каждый раз как покажешь тебе мужика — он не в твоем вкусе.
Клара: Не могу я спать с кем попало. Я хочу влюбиться! Что тут особенного?

Брюно, видимо, чтобы освежить память, переспал с Мани, но после честно, хоть и запоздало признался, что у него есть — удаленная невеста.
Мани: А у меня — никого.
Ну да — кроме нескончаемого потока любителей «зеленых и коричневых юбок».

Кларе 40 лет. Впереди — последнее представление «Береники», что дальше — неизвестно; новый пока не репетируют...
Клара (Мани): Это в 20 лет ничего не страшно. Нет постоянной работы? Плевать. Веришь, надеешься, воображаешь всякую всячину. А потом... Мне вот сорок, а я по-прежнему не знаю, смогу ли через полгода заплатить за квартиру. И я одна...

Неофит Кастелла едет (без жены) на последний спектакль «Береника» и плачет, слушая монологи в исполнении Клары. Потом отправляется за кулисы и, посматривая на скручивающего косяк Антуана, признается Кларе, что спектакль ему очень понравился, хотя театр он не любит.

...Следующие комичные кадры напоминают, как персонаж Бакри в «Дидье» учил говорить своего пса, ставшего человеком, — только здесь в роли ученика Кастелла-Бакри: урок английского... Нельзя сказать, что Клара в восторге от нового ученика:
Клара (Антуану о Кастелла): У меня встреча с усачом. Жуткий человек. После урока хотел дать мне на чай. Убила бы.

Тем временем Брюс знакомит Мани с Франком и на минутку отлучается — трезвонит мобильный.
Франк: Вы хорошо знаете Брюно?
Мани: Не очень. Спим раз в десять лет.
Франк (очень серьезно): То есть свободное время у Вас остается?
... и Мани тут же с ним в постели.
Предлагает Франку сигарету со своим зельем:
Франк: Спасибо, я в этом не нуждаюсь.
Мани: Так и я не нуждаюсь — нравится, вот и всё.
Эти двое так похожи: оба легкомысленны и многоопытны в своих связях. Оба считают, что идеально изучили «врага» — противоположный пол. Но вот Франк и Мани начинают пошучивать насчет женитьбы («Если хочешь, чтобы я на тебе женился/вышла за тебя, то...»). Он требует от Мани бросить торговать наркотиками...

Забавный эпизод: Кастелла и его сестра видятся с отцом (в его роли — настоящий отец Бакри, Робер/ Robert Bacri).
Кастелла: Анжелика — дизайнер, но никогда не работала... Оформить дом сестры — практика для неё.
Отец Кастелла обращается к недовольной цветочками и рюшками Беатрис: Анжелика всё красиво сделала, у них дома тоже так...
И квартира Беатрис превращается в копию дома Кастелла — розочки-цветочки...

Брюно получает письмо от невесты — как и предсказывал Франк, она изменила ему и не собирается возвращаться.
Мани утешает Брюно: «Я знаю сколько угодно женщин, для которых это [одноразовый пересып] тоже ничего не значит»...

...Уроки английского продолжаются — Кастелла уже способен изъясняться на ломаном языке. Отдаёт Кларе книги (очевидно, какая-то классика): Вот...
Клара: Уже прочли?
Кастелла: В одной — четыре страницы, в другой десять. Не ахти, книжки-то...
Клара: А по-моему замечательные... Но не надо заставлять себя.
Кастелла: Если не заставлять, я вообще ничего не прочту...
Клара: И не надо. (об охраннике Франке) Не скучно ему сидеть так, часами, без дела?
Кастелла: Это его работа!

Однажды вместе с Кларой и её неизменными сопровождающими Кастелла оказывается на «Мнимом больном» — по окончании опытные театралы поносят спектакль (Такому ничтожеству дают на постановку миллионы!), но Кастелла доволен: Мне понравилось.
Клара пытается от него сбежать, но воспитанность берет верх — зовет Кастелла с собой в бар, к Мани.
Там он развлекает театральную богему анекдотами — про дерьмо, «А мне предыдущий, про рвоту, больше понравился», — вставляет Валери.
— Очень тонко, — хохочет жизнерадостный Антуан...
Вдохновленный собственным успехом, Кастелла поучает: Ставьте комедии; люди смеяться хотят...
Богема открыто потешается над «мамоной»: — Да, мы как раз Ибсена ставим — животики надорвешь.
А он оплачивает счет — за всех; насмешники будто не замечают этого. Одна Клара смотрит на него чуть брезгливо, но и с некоторым состраданием...

Мани (про Кастелла): А твой хозяин ничего. Не злой.
Франк: Простак. Они весь вечер над ним издевались, а он и не заметил.

Антуан приглашает Кастеллу на выставку своего приятеля-гея Бенуа. Бенуа расстроен — не пришли журналисты. «Ну вот ведь пидоры,» — сочувственно сокрушается простак Кастелла.
Антуан: «Что вы имеете в виду? Пидоры — как я и мой друг?»
Пауза затянулась...
— А я картину купил, — позднее извиняется Кастелла перед Антуаном. — Нет, она мне правда понравилась...

Клара мимоходом обмолвилась, что не любит усы. Кастелла тут же сбрил свои — но к его разочарованию никто, кроме жены, его безусости не заметил... [отголосок темы, хотя в ином ключе — в фильме «Усы»].
А еще вместо сочинения по английскому он написал стихи («Я смотрел слова в словаре») — признание в любви Кларе: «Она учит меня английскому и не только ему...».
Великолепная сцена — этот потешный акцент и пронзительная серьезность ситуации... Но Кларе нечего ему ответить...

На работе Кастеллу вычитывает утонченный Вебер: — У вас прогресс в английском, но на работе вы отсутствуете, даже если и находитесь тут.

В розовом рюшечном доме Кастеллы чужеродным телом чернеет на стене картина художника-гея Бенуа. Когда Анжелика убирает её, Жан-Жак взрывается: Думаешь, мне уютно в этой бонбоньерке? Эти птички, розочки... Тут нет ничего, что бы нравилось мне!


Он уходит из дома и бродит по ночным барам и клубам, в сопровождении мрачного Франка и исполнительного Брюса. Однажды, когда Франка не было и Брюс зашел за ним к Мани — оставшегося в машине Кастеллу избили и обокрали...
Вскоре проект на предприятии заканчивается, в услугах охранника Франка отпадет нужда:
Кастелла: Да я и не хотел — это Вебер настаивал. В Вас не было необходимости, за исключением того вечера, когда Вас там не было...


Кастелла незаметно, исподволь меняется — стал менее раздражительным и властным; более внимателен к людям. Он заказывает Антуану и его другу Бенуа вывеску для своего предприятия: — Хочу большую картину, 6 метров на 3, как вы говорили.
Клара считает что Антуан использует Кастелла: — Нашли золотую жилу. Он готов сорить деньгами, а ты этим пользуешься!
Но Антуан не согласен — он искренне ему симпатизирует.

Клара приезжает на предприятие Жан-Жака, рассказывает ему о своём беспокойстве — считает, её друзья используют его чувства к ней. Он остается невозмутим:
— Дело не в Вас. Вы мне сказали, чтобы я и не думал Вам понравиться. Я всё понял — такое понимаю даже я...

Жан-Жак ушел из дому и поселился на заводе.
Анжелика жалуется Брюно: Мир так безобразен.
Спокойный идеалист отвечает: Не надо так. Мир таков, какой есть.
Анжелика: Не хочу, не нравится!
Брюно: Тогда вам надо жить в Диснейленде.

Анжелика навещает Беатрис — и видит полностью измененную обстановку в доме; Беарис переделала всё по-своему, на свой вкус. «Ты все переделала? Так тоже хорошо...» — всхлипывает Анжелика.
Прелестный образ — Беатрис; она появляется совсем ненадолго и словно с краю сюжета; едва-едва нам приоткрыли её жизнь — ушел муж, которого она любила; осталась с двумя детьми; если бы не помощь брата, было бы совсем туго... И вот к ней приходит плакаться будто бы успешная, нелепая Анжелика...

После того стихотворного признания Кастелла перестал ходить на уроки английского. Клара растеряна, а тут еще костюмерша Валери, искренне осчастливленная новым мезальянс-романом — с простым барменом (коллегой Мани):
— Как мы думаем о людях предвзято! Я бы не поверила в такую историю. Ведь я могла мимо пройти...

Из романа Мани и Франка, так много шутивших насчет «поженимся», ничего не выходит.
Но у Клары с Жан-Жаком надежда есть.

Фильм «На чужой вкус» - режиссерский дебют Жауи и яркий пример безусловного сценарного таланта дуэта: каждая их работа становится успешной и приносит «Сезар» - в данном случае, уже четвертый.

Всего же у этого фильма их четыре: лучший сценарий, режиссура, лучшие женская (Анна Альваро) и мужская (Жерар Ланвен) роли второго плана.

* * *
Аньес Жауи о фильме «На чужой вкус»
Источник: Agnès Jaoui about Le Goût Des Autres (2001 год)
перевела с английского Елена Кузьмина © http://cinemotions.blogspot.com/

Где Вы находите вдохновение для создания такого широкого спектра характеров из самых разных сфер жизни?

— Такова задача фильма. Я и мой соавтор Жан-Пьер Бакри всегда находим вдохновение в реальных людях. Без действительно существующего образца я бы не могла писать. Мы наблюдали за нашими родственниками, друзьями.

История в фильме напоминает «Мою прекрасную леди», с сюжетным поворотом, когда богатый учится культуре у бедного.

— Мы хотели показать, что в наши дни в обществе существуют различные барьеры. Дело не только в деньгах. Можно иметь деньги, не имея никакого отношения к образованности. Вопрос здесь и в культуре. Каждый убежден, что обладает лучшим вкусом, но все мы заблуждаемся.

Картина получила четыре кинопремии César. А насколько важно быть признанной киноакадемией Oscar — то есть, в некотором роде, иной культурой?

— Это честь, я польщена, хотя на самом деле это мало что изменило. Сейчас о фильме пишут в прессе, но во Франции демонстрация его уже закончилась. Возможно, отзывы в прессе помогут показу фильма в других странах. Это скорее вопрос престижа и самолюбия.

Режиссерский дебют, плюс написание сценария и актерская игра в картине — это было трудно?

— На самом деле играть в собственной картине было не очень сложно, что меня удивило. У меня была отличная команда, и мне бы хотелось и дальше заниматься всем понемногу.

Е. Кузьмина © http://cinemotions.blogspot.com/

Sunday, 15 March 2009

Карусель / Karusel / Roundabout (1983)

Режиссер Владимир Попков, снимая [Неёлову] с Будрайтисом в фильме «Карусель», буквально умирал от неразделенных чувств: «В Неелову я был влюблен без дураков. Но все время ловил себя на том, что Марина строга и холодна со мной. Начнешь ей что-то рассказывать, она сразу: «Я поняла» - и как-то сторонится. Мое истерзанное сердце страдало непереносимо, но я хорошо владел собой. Позже Неелова сказала, что я единственный режиссер, с кем она не успела поссориться».
(из статьи)

В далеком полудетстве любила этот фильм. Искала - ах, Неёлова, ах, симпатичный фильм... А пересмотрев теперь, удивилась, что же в нём тогда находила хорошего... Разве что актёры. Грациозная Неёлова, Будрайтис с симпатичными мешочками под глазами.

Обычная история – только он и она; бодро-игривые диалоги-перепалки - в основном по поводу гендерных различий и стервозности (женского) характера; кружение вокруг да около; неизбежный романтичный хэппи-энд.

У неё сломалась машина. Ему (едущему мимо за рулём другой) в голову стукнула некая идея – немедленно записать; карандаша-ручки, конечно, нет. Остановился (Сама судьба послала мне Вас!) – она решила, чтобы помочь ей (Как раз, наоборот!)...

Её зовут Анна (Марина Неёлова) и она скульптор-художник. Его зовут Лев (Юозас Будрайтис) и он знатный химик-изобретатель – продолжается эксплуатация образа нюхача Наркиса.

Он наконец превозмогает свой цейтнот и помогает даме дотащится на сломанном авто до дома; забывает у неё часы; возвращается; чувствует уют загородного домика скульпторши; начинает привыкать; потом они ссорятся, он уходит, потом возвращается...

Цитирует философов ("Сад – самое чистое из человеческих наслаждений" и т.п.), рассуждает о маленьких радостях жизни ("...кофе, бутерброд, беседа") и вскоре узнаёт в скульпторше ту, что снилась всю жизнь. И Анна тоже постепенно разглядела в рассеянном химике героя своего романа.


нам сообщают: "Марина Неелова на съемках фильма «Карусель» просто умоляла своего партнера поругаться матом. Дело в том, что она снималась вместе с знаменитым литовским актером Юозасом Будрайтисом, и мат с прибалтийским акцентом в его исполнении звучал прелестно. Как-то раз во время съемок пошел дождь, был объявлен перерыв.

Неелова с Будрайтисом сидели в машине, и актриса попросила его сказать что-нибудь матом. Актер произнес целый монолог, Неелова была в восторге. А потом актеры с удивлением заметили, что со смеху умирает вся съемочная группа. Оказывается, в машине был микрофон, и весь их диалог транслировался на всю съемочную площадку".


Всегда удивляет, как пренебрежительно в советских фильмах относились к их создателям – то фамилию переврут, то вовсе не укажут. А такая мелочь как дубляж так и вовсе не упоминается – кто говорит вместо любимца советских режиссеров Будрайтиса в этом фильме, можно только гадать.
Кстати, забавно, что весь фильм выглядит дублированным с чужого языка – ни Будрайтис, что вполне объяснимо, ни даже Неёлова не попадают озвучиваемым текстом в визуальную артикуляцию.

Friday, 13 March 2009

13 лет назад умер Кшиштоф Кесьлевский/ Kieslowski died 13 years ago

K. Кесьлевский: "Фильм не существует без зрителя. Зритель – самое важное. Искусство ради искусства, форма ради формы, падение под гнетом веса собственного таланта или обаяния – всё это не для меня. Я хочу рассказывать историю, которая трогает людей, трогательность близка мне. Я начал снимать художественные фильмы – думал, это гораздо легче, в плане ответственности. Что я делаю, по сути? Я нанимаю актеров, людей – для определенного вида работы. И я снимал фильмы многие годы, но вдруг увидел, что полностью забросил нормальную жизнь, в которой важно что-то еще, ведь завтрашний день зависит от этого, и отношение людей к нам тоже зависит от этого. Я всё это оставил и выбрал, по сути, очень удобное место, где всё воображаемо и большие деньги тратятся на сказочную жизнь или на мир, которого не существует. В этом мире есть сильные эмоции, но они ненастоящие. И я понял, что попал в совершенно смехотворное место, я начал жить в ненастоящей жизни. [...] что у меня вообще нет нормальной жизни.... Это не жизнь. Вместо неё – лишь фикция."

(отрывки последнего интервью Кшиштофа Кесьлевского
9 марта 1996 года, за четыре дня до смерти.
Интервьюерами были ученики гимназии в Катовице,
выпускавшие школьный журнал "Incipit")


**

"Он использовал свет и тень, чтобы исследовать истину о человеке. [...] Он из темноты изучал фундаментальный вопрос нашего мира - вопрос человечности. Тогда как некоторые художники презентовали драму польской надежды, а другие хранили память о польском страдании или рассматривали вопрос власти и хлеба - Кесьлевский пошел дальше и глубже, и показал изъян в человеке. Человек с изъяном внутри оказывается перед невероятной задачей: как жить в гармонии с собой.
[...] Художник и знаток человеческих тайн направил свет на человеческие пороки и предложил возможности примирения. Так он стал посредником встречи человека с самим собой. Когда другие художники добивались встречи людей с миром - он добился возвращения человека к себе.
[...] он показал людям, что рядом с ними существует власть, с помощью которой можно достигнуть гармонии с собой. Где-то есть Декалог, кто-то поет Гимн Любви.
Говорят, что Польша не понимала Кесьлевского. Но какая Польша? Политики не понимали его, поскольку он не был политическим деятелем. А доктринеры не понимали его, поскольку он не был одним из них. Но Польша, которая не понимает его, действительно ли это Польша? [...] "

(фрагменты проповеди профессора Йозефа Тышнера (Józef Tischner) во время траурной церемонии похорон режиссера, 20 марта 1996 года)

полный текст цитируемой статьи

Wednesday, 11 March 2009

В диких условиях / К природе / Into The Wild (2007)

Эпиграф в фильме:

Есть наслажденье
в бездорожных чащах,
Отрада есть на горной крутизне,
Мелодия — в прибое волн кипящих,
И голоса — в пустынной тишине.
Люблю людей — природа ближе мне.

Лорд Байрон

Кстати, дальше тоже красиво...

И то, чем был, и то, к чему иду я,
Я забываю с ней наедине.
В своей душе весь мир огромный чуя,
Ни выразить, ни скрыть то чувство не могу я.

Необыкновенная история, поведанная в фильме, произвела сильное впечатление, а собственно фильм - двойственное.

После окончания колледжа одаренный юноша Кристофер МакКэндлесс (Эмиль Хирш) ни с того, ни с сего отправляется бродить по свету – взяв себе громкий псевдоним Алекс Супербродяга и предварительно избавившись от всего, что связывало его с поганым обществом (Society! Society!): аккуратно разрезает все документы и карточки, отсылает свои сбережения (24 тысячи баксов) на благотворительность и тихо исчезает.


Родителей Крис ненавидит: они принадлежат к этому самому поганому обществу, руководимому властью денег, - которых у них немало. Да, воспитывают своих детей и дают им неплохое образование. Но подлец папа (Вильям Херт) до женитьбы на маме (Марсия Гей Харден) уже был женат - и продолжал оставаться мужем первой супруги, имея детишек от второй, матери Криса («Незаконнорожденные, ублюдки» - душераздирающе читает за кадром сестра Криса Карин). Кроме того, родители часто ссорятся, орут друг на друга и чуть не дерутся; не самые образцовые родители.

Но неужели подобные отношения в семье были столь деструктивными для личности умного, развитого мальчика? В таком случае, все леса были бы заселены детишками, решившими бежать из своих неидеальных семеек! И неужели родителей за их вину стоило так жестоко наказывать: исчез без объяснений, ни звонка, ни письма? А как насчет любимой сестры, Карин (Джена Мэлоун), которая одна понимала мятежную душу юноши? Её ведь он наказал наравне с «подонками»-родителями...

Крис: Мистер Франц, я считаю, что карьера - это изобретение 20 века; мне она не нужна.

Побродив пару лет, Супербродяга отправился на Аляску, прихватив с собой небольшой запас пищи и книжку про местную флору и фауну, и вскоре умер там, отрезанный от цивилизации непроходимой рекой и отравившись какой-то дрянью.

Это – сюжет фильма, в котором жирной чертой (даже двумя) подчеркивалось, что душевные метания и бродяжничество умного парня спровоцированы проблемами в семье. Это больше всего раздражает.

В принципе, замысел красив: умный начитанный парень бросает все блага цивилизации - ради свободной жизни, поближе к дикой природе. Здóрово! Отправься парень в дикие условия по философским и идейным соображениям – ладно. Но из-за таких банальных травм... Еще Ницше риторически вопрошал: «У какого ребёнка нет оснований плакать из-за своих родителей?»
Я к тому, что фильм слишком уж прямолинеен и всё упрощает. Наверняка в мятежной душе Криса творилось нечто невероятное – и наверняка были и другие мотивы покинуть общество и отправиться бродяжничать; недаром уже в 4 года его несло «на подвиги» - уходил из дома!

Интересные подробности (перевод мой):

- Шон Пенн, прочитав книгу о судьбе Криса, ждал 10 лет, чтобы заручиться согласием семьи МакКэндлессов до начала съемок.
- В роли Кристофера Шон Пенн видел Леонардо ди Каприо, а в роли Рона – Марлона Брандо [за время ожидания один заматерел, другой умер...].
- Для роли Эмиль Хирш (Emile Hirsch) похудел на 18 килограммов.
- Как сообщается в информации о съемках фильма на DVD, лось, которого в фильме убивает Кристофер, на самом деле был сбит автомобилем на шоссе в Аляске.


В целом фильм похож на богатый видео-клип к песне какой-нибудь альтернативной группы: великолепные, дух захватывающие пейзажи; бодрый малый Крис-Алекс (Эмиль Хирш навязчиво напоминает молодого Ди Каприо; приторный до невозможности – играет, очень играет весь фильм, вместо того, чтобы просто - быть); такой же бодрый саунд-трек... Порой возникало ощущение, что смотришь рекламный ролик какого-то гламурного дизайнера – всё и все (хиппи и прочие прохожие, встреченные Супербродягой на пути) – невероятно живописно и стереотипно...


Кино-Крис не вызвал у меня особых эмоций, - сочувствия или восторга. Незрелый эгоистичный малый, возомнивший себя невесть кем...

Думаю, недостаток эмпатии вызван не только стилем (à la МTV-шный видео-клип), неприятием мною актера, исполняющего главную роль, но и игрой «на камеру» - сразу уничтожающей достоверность происходящего, как в дебильных шоу «за стеклом», когда «они знают, что мы знаем, что они знают, что их снимают»...

На мой взгляд, люди, встреченные Супербродягой – хиппи (Кэтрин Кинер/Catherine Keener) или одинокий старик Рон (Хэл Холбрук/Hal Holbrook) – гораздо более интересные личности, чем Крис-Алекс, каким его изображает кино. Даже пожалела, что он так быстро расстался с ними...

Рон Франц: Я буду скучать по тебе, когда уедешь.
Крис: Я тоже буду по Вам скучать. Но Вы ошибаетесь, если думаете, что радость жизни - только во взаимоотношениях. Посмотрите, сколько всего дал нам Господь. Радость во всём, в любом новом опыте. Людям нужно просто взглянуть на мир иначе.
Рон: Да. Я подумаю над этим... Правда. Хочу тебе кое-что сказать... Я сложил вместе твои обрывочные рассказы о семье, о маме и папе... И я понял, что и с церковью у тебя непростые отношения... Но всё-таки мы верим в нечто большее, чем можем объяснить; мне кажется, ты сам называешь это Богом. Пойми, когда прощаешь – ты любишь. А когда ты любишь, Бог озаряет тебя светом. [из-за облака выходит солнце]
Крис: Чёрт подери!


Замысел авторов фильма - неплох и вполне понятен: воспеть свободу духа рок- и кантри-песнопениями. Но он не был осуществлен – авторы скатились к голливудски-сахарным стереотипам. Жаль.

Карин (за кадром): «В конце концов, это история Криса и это он должен бы её рассказать». Это точно...

По фильму выходит, что некий довольно бесчувственный юнец, вдоволь побродив по стране, отправился умереть на Аляску. Шон Пенн явно в восторге от своего героя – он воспевает его, а не пытается понять и объяснить мотивы Криса.

Крайне неудачный ход - перебивка бесконечными флэшбеками. Из-за этого скрадывается, снижается напряжение последнего периода жизни Криса. И с таким трудом – такой ценой! - постигнутая им вполне очевидная истина («Счастье возможно, если есть с кем его разделить») звучит пафосно и почти пародийно; вместо невероятного, удивительного паломничестве духа – невнятный разбитной юнец и не вызывающий сочувствия финал...


Еще непоследовательность в кино: юный максималист сжигает все баксы (ведь пылающие доллары так живописно смотрятся на экране!) и уничтожает свои документы. Потом спохватывается – и начинает работать где-то на элеваторе, а позже – в каком-то фаст-фуде, поскольку оказалось, что без денег, только болтая с супер-яблоками, далеко не уйдешь...

В фильме о жизни реального человека с такой необычной судьбой фактические ошибки – или намеренные отклонения от фактов во имя вящей живописности – недопустимы.

Кстати, о фактах. В документальном фильме о Крисе МакКэндлессе, - называется «Зов дикой природы» ("Call of the Wild," by Ron Lamothe), - утверждается, что он не уничтожал все свои документы и деньги, как то показано у Шона Пенна. После смерти Криса в его бумажнике нашли его удостоверение личности и 300 долларов. Вскрытие показало, что он умер не от отравления, а от голода...

...Фильм снят по книге американского журналиста, писателя и альпиниста Джона Кракауэра (Jon Krakauer), вышедшей в 1996 году. Когда я больше узнала о прототипе киногероя, выстроилась картина, вызывающая больше уважения и понимания, чем отдающие бравадой действия Криса-Алекса из фильма.

Реальные события и записи Криса отличались от кино-версии - немного, но это важно. В письме к Уэйну, которое зачитывают в самом начале фильма, настоящий Крис-Алекс просил друга вернуть отправителям прилагаемую почту. Про книжку о местной флоре и фауне он не упоминал и вполне трезво оценивал риск своего предприятия:

«Привет из Фэйрбенкса! Ты слышишь обо мне в последний раз, Уэйн. Приехал сюда два дня назад. Возле Юкона было не так просто поймать попутку. Но наконец я здесь. Пожалуйста, верни всю полученную мной почту отправителям. Возможно, на Юг я вернусь очень нескоро. Если моё приключение окажется роковым, и ты больше никогда обо мне не услышишь, я хочу, чтобы ты знал: ты классный мужик. А сейчас я ухожу в дикую природу».

Это была последняя открытка, отправленная Кристофером МакКэндлессом перед путешествием на Аляску. Оно началось 28 апреля 1992 года; Супербродяга прихватил с собой ружье, 15 фунтов риса, дневник, фотоаппарат и несколько любимых книжек.

Надпись, нацарапанная на куске дерева в «волшебном автобусе», где жил Крис:

«Два года он бродит по земле. Ни телефона, ни бассейна, ни собаки, ни сигарет. Абсолютная свобода. Экстремист. Путешественник-эстет, чей дом – дорога. Побег из Атланты. Возврата нет, потому что Запад – лучший [the West is the best]. И теперь, после двух лет скитаний пришло время для последнего, главного приключения. Переломная битва, чтобы разрушить ложную сущность и завершить победой духовное паломничество. Десять дней и ночей на товарных поездах и попутках привели его на Великий Белый Север. Бежать, чтобы не чувствовать более отравы цивилизации; одинокая прогулка по земле, чтобы затеряться в дикой природе».
- Александр Супербродяга, май 1992

О документальной книге, по которой снят фильм (перевод мой):

"Сын Уолта и Билли МакКэндлессов, Крис вырос в Аннандейле, Вирджиния, в семье высшего среднего класса. Отец – аэрокосмический инженер, среди прочего создавший современную систему радаров для космических челноков. У Криса была младшая сестра Карин, а также старшие на 6 лет сводные братья-сестры от предыдущего брака Уолта.

Из книги не возникает ощущения, что в семье МакКэндлессов происходили какие-то разногласия, когда рос Крис. Однако он был непростой личностью; его беспокойная натура, неудовлетворенный дух часто бывал не в ладах с окружающим. Отношения с отцом были сложными и болезненными. Все парни, взрослея, имеют счеты с отцами... Крис выбрал решением проблемы – бегство от неё, чем дальше, тем лучше.

... Как описывает Кракауэр, Карин была совершенно безутешна, узнав о смерти брата. Родители Криса тоже были буквально раздавлены.

Кракауэр рассказывает истории жизни и других людей с похожей судьбой. Например, об Эверетте Руэссе (Everett Ruess). О судьбе, постигшей Эверетта Руэсса, есть много предположений - некоторые правдоподобны, другие нет. [с удовольствием прочла и перевела материалы об этом юном романтике. Никаких драм с родителями – просто его влекло одиночество и красота природы].

Зато нам известно, что именно случилось с Крисом МакКэндлессом. В его случае задается вопрос не «что?», а «почему?». [именно это «почему?» в фильме звучит невнятно] Джон Кракауэр не пытается сформулировать окончательный ответ на этот вопрос; он просто перечисляет известные факты и оставляет читателям право делать собственные выводы. Писатель отмечает: «Странная история МакКэндлесса затрагивает такие глубоко личные струны, что хладнокровное, невозмутимое изложение трагедии просто невозможно. На протяжении книги я пытался – и, мне кажется, небезуспешно, - минимизировать авторское присутствие».

В конце июля 1992 года больной и ослабевший от голода Крис МакКэндлесс уже понял, что ему предстоит встретить смерть в одиночестве, среди дикой природы Аляски, под кровом брошенного автобуса Фэрбенкс, номер 142. Он залез в спальный мешок, сшитый для него матерью, и там вздохнул в последний раз: «Он умер около 18 августа, спустя 112 дней после того, как отправился в дикую природу и не дожив 19 дней до того, как шестеро жителей Аляски оказались около автобуса и обнаружили в нем тело Криса». Ему было 24 года."

...Как я вижу Криса – не после фильма, а после прочтения отрывков из книги: романтичный юноша, под влиянием книг Торо, Джека Лондона и прочих, отправился в дикую природу, чтобы вдали от цивилизации проверить себя; доказать свою силу и зрелость. Он оказался не вполне подготовленным к жизни среди дикой природы... Но сама попытка заслуживает восхищения. Хотя, честно говоря, я бы предпочла, чтобы этот парень закончил образование – ему прочили блестящее – и применил свои силы и знания для защиты, скажем, той же дикой природы или социальной справедливости (он ведь так хорошо усвоил материал об апартеиде!) – здесь, среди людей, оставшись в живых...

Плёнка с этим автопортретом была найдена в фотоаппарате Криса:
Памяти Кристофера Джонсона МакКэндлесса
12 февраля 1968 – 18 августа 1992

Тот факт, что родители, после взрыва горя и чувства вины, согласились содействовать созданию фильма о сыне, говорит в их пользу; хотя фильм утверждает, что людьми их сделало бегство и смерть Криса...

"Авторы выражают благодарность Джону Кракауэру за помощь и Уолту, Билли, Карен и всей семье МакКэндлесс за их мужественную поддержку в создании фильма".
Related Posts Plugin for WordPress, Blogger...