Saturday, 5 December 2009

4 декабря умер Вячеслав Тихонов (1928-2009)/ Vyacheslav Tikhonov died

Шебутной Матвей Морозов в «Дело было в Пенькове» (А хотите, я за него посмеюсь?); утонченный Андрей Болконский в «Войне и мире»; учитель истории Мельников в «Доживем до понедельника» — интеллигент до отпечатков пальцев; ну, конечно, легендарный Макс Отто фон Штирлиц...

В. Тихонов: Я ребёнок предвоенного и военного поколения. А надо вспомнить, что в то время шли замечательные фильмы с нашими великими актёрами, такими как Пётр Алейников, Борис Бабочкин, Марк Бернес, Черкасов, Чирков, Крючков. Тогда не было телевидения, и единственным окошечком в мир прекрасного был кинематограф. В тот городочек - Павловский Посад, - откуда я родом, иногда привозили фильмы, и мы, мальчишки, с упоением смотрели их по нескольку раз. Как они нас притягивали! Как завораживали эти удивительные актёры, которые, в общем-то, и “позвали” меня со временем в свой мир. Мне было безумно интересно, как это всё происходит, где, почему? Но сказать о своих мечтах я никому не мог, поэтому во мне всё это зрело тайно.

...когда немцев отогнали от Москвы, нас вернули в школу, и в 45-ом году встал вопрос - кем быть? Многие мальчишки ещё раньше ушли на производство, потому что отцы были на фронте, и надо было помогать семьям. Нас оставалось в классе всего четверо - остальные девочки. Мы ездили из Павловского Посада в Москву поступать кто куда, а я украдкой, на свой страх и риск, подал документы во ВГИК на актёрский факультет. Прямо скажу - сразу меня не приняли, потому что я не был подготовлен. Я не участвовал ни в какой самодеятельности, нигда не выступал на сцене. Было только огромное желание. Не приняли. Но случилось так, что когда набрали курс, там оказалось очень мало ребят - то есть студентов оказалось невозможно развести на отрывки, спектакли. Одни девочки! И было решено взять меня на испытательный семестр. Только потому, что я помогу в будущем в этой самой разводке. Так я очутился во ВГИКе.
А потом испытательный семестр прошёл, я получил четвёрку по мастерству и стал законным студентом института кинематографии.

...своими истиными учителями я считаю Бориса Владимировича Бибикова и Ольгу Ивановну Пыжову. Они были мужем и женой, оба учились у Станиславского и Немировича-Данченко и вместе вели курсы во ВГИКе и в ГИТИСе одновременно. Их театральная школа, очень строгая, была нам, будущим артистам кино, на пользу. Лично мне, во всяком случае. Так что их я считаю своими учителями. А что касается Сергея Апполинарьевича Герасимова - он на втором-третьем курсе взял для своего спектакля, а затем и фильма несколько наших человек: Нонну Мордюкову, Серёжу Гурзо, Володю Иванова, Тамару Носову и меня. Все остальные исполнители ролей были учениками Герасимова, и “Молодая гвардия” стала их дипломом.

Когда мы приехали на съёмки в Краснодон, мы жили в семьях своих героев. Я жил в скромном домике Володи Осьмухина. У него оставалась сестра Люся, мама, они мне рассказывали о Володе, показывали его комнату, недостроенный детекторный приёмник на больших лампах. Володя Осьмухин погиб, брошенный с остальными в шурф и засыпанный породой.

...в дальнейшем в моих военных картинах всё пригодилось. Я пытался на экране выглядеть просто, без патетики - она не очень хорошо действует на зрителя. Старался быть естественным - обычным мирным человеком, который в силу сложившихся обстоятельств вынужден надеть военную форму и уйти на фронт, куда уходили наши отцы, и откуда приходили треугольные весточки.

Откуда я пошёл как характерный актёр?.. Наверное, да, отсюда [благодаря Эрасту Гарину и роли Медведя в его постановке “Обыкновенного чуда” на сцене Театра-студии киноактёра]. Может быть, это был толчок, который меня раскрепостил. А вобщем-то я общался среди ребят разных характеров. Они во мне. Много я взял и от них. Во всяком случае в картине “Дело было в Пенькове” - там просто мои друзья плюс я сам. Тут ведь выбор актёра на главную роль - это решение фильма. Вот разложите несколько фотографий одинаково замечательных актёров, и выбор одного из них - это будущий фильм.

...если бы не [Станислав] Ростоцкий, если бы не его вера в меня, я бы, наверное, не состоялся. Он видел во мне то, что я сам в себе не обнаруживал. Он уговорил меня сыграть того же Мельникова в фильме “Доживём до понедельника”. Я отказывался, утверждал, что этот герой мне непонятен, “это не я”. Он отвечал: “Ничего подобного. Вот ты сейчас разбираешься в своей жизни, пытаешься понять, правильно ли ты живёшь. Вот этим занят и Мельников. Так что ты такой, какой сейчас мне и нужен”. Он умел меня убедить. Я считаю его своим режиссёром.

Когда шли “Мгновения”, я был на Валдае, снимался в картине “Фронт без флангов”. Жил в гостинице. И вдруг перед пятой или шестой серией подходит ко мне группа женщин и спрашивает: “Мы не просим Вас рассказать, что будет дальше. Вы только скажите - он останется жив?”

Мне досталиссь очень интересные работы - и историческая тема, и современный материал, и литературная классика. Просто сейчас хотелось бы участвовать вот в этой нашей сложной жизни, участвовать именно своим оружием - не на демонстрациях и трибунах, а бороться искусством. Говорить о том, что происходит (хотя точно сказать, что происходит, сейчас не сможет никто). Для этого нужно время. Нужно отойти лет на пятьдесят, и тогда точно всё встанет на свои места, и можно будет оценить, что же происходило в конце ХХ века. Где правда? Кто делал ошибки? Кто, наоборот, делал благо? И тогда появятся правдивые книги, фильмы, история восстановит истину.

- А пока таких предложений нет?
- Нет. И я не очень надеюсь, что на что-то соглашусь. Сейчас в зените иные герои.

полный текст интервью; или здесь
Related Posts Plugin for WordPress, Blogger...