Friday, 10 April 2009

Звонят, откройте дверь / Zvonyat, otkroyte dver / Someone Is Ringing, Open the Door (1965)

Фильм неспешный и, несмотря на пионерско-советские реалии, сносный – не об идеологии, а о первой любви, тем более - несчастной. К тому же – прекрасная игра актеров, включая актеров-детей.
Необычная советская школьница Таня Нечаева (прелестное 11-летнее дитя Елена Проклова, её первая роль; сплетни в желтой прессе о мужьях и утраченных детях, пластические операции – вся дрянь далеко впереди) живет одна: папа геолог, мама (Люсьена Овчинникова) уехала к нему. Заботливые соседи присматривают за ней, но вообще-то девочка предоставлена сама себе – и своей первой любви.

Таня влюблена в чрезвычайно загруженного общественной работой пионервожатого Петю Крючкова (Сергей Никоненко) и благодаря созидающей силе любви превращается из неактивной пионерки в «красную следопытку» и даже «тимуровку».
Вдохновленная похвалой Пети за активность ("А ты мне нравишься!"), Таня парит над школьным паркетом.
Но потом видит Петю на катке со взрослой девушкой, его одноклассницей...

В процессе поисков «первых пионеров» Таня знакомится с разными людьми, в частности, со своим ровесником Генкой (Виктор Косых, в то время уже «звезда» - Костя Иночкин в фильме Элема Климова «Добро пожаловать, или Посторонним вход воспрещён» (1964)) и его добродушным отчимом Павлом Васильевичем Колпаковым, музыкантом-трубачом и просто хорошим человеком. Яркая роль в исполнении Ролана Быкова; его персонаж чудесный – тонкий, добрый, чуть нелепый.
В общем, девочка и без того развитая, а вот так, знакомясь со всевозможными людьми и человеческими отношениями, незаметно взрослеет, открывая неведомые ранее, недетские чувства...


Павел Колпаков (Генке): Вот, Танечка тоже обижается на маму – что мама уехала к папе. Ну что ж, обижаться легче всего.
Таня: Я не обижаюсь.
Колпаков: Вот и правильно. Папа уезжает надолго – на полгода, на год, а мама не может прожить без него даже неделю. Ну, тебе это не понять... ну, в общем, представь себе, что мама без него погибает. Она едет к нему.
Таня: Там только и делать, что строчить мне письма.
Колпаков: Вот видишь. Значит, она без тебя тоже не может. Видите ли, в жизни многое происходит совсем не так, как кажется с первого взгляда...

После разговора с новым знакомым вдумчивая девочка делает выводы:
«Я все понимаю. Ну… то есть тебя понимаю, — уже осмысленно, серьезно говорит она матери услышанные от доброго и умного Генкиного отчима слова. — Понимаю, что тебе без папы трудно. Что без меня ты тоже не можешь. В общем, я тебя за это уважаю».

Прекрасный, светлый эпизод с Люсьеной Овчинниковой в роли вернувшейся Таниной мамы.

Забавная Екатерина Васильева – такая молодая! – буквально промелькнула в крохотной бессловесной роли учительницы физкультуры.

Еще в крошечных ролях – Ия Саввина (мать Генки) и Олег Ефремов (отец Генки).

UPD 2017

Александр Митта о химии успеха «Звонят, откройте дверь» - источник

Думаю, этот фильм получился в основном за счет моего очень большого режиссерского самоограничения, полной подчиненности драматургии. Я очень тщательно выбирал детей на роли и мучительно с ними работал, я скрупулезно в каждом кадре поддерживал особый климат, настроение, старался сохранять максимальное жизнеподобие среды. Но это не было полностью режиссурой в моем понимании: во время съемок я постоянно думал о сценарии, перевоплощаясь в его автора, пытаясь проникнуть в мир Володина. Удача возникала там, где володинский мир соприкасался с моим.

* * *
Александр Володин о силе финала фильма - источник

На торжественный сбор явились немолодые, но подлинные первые пионеры. А у любящей девочки ничего такого нет. Лишь отец ее дружка, по профессии трубач, но который, по правде, и пионером-то никогда не был. Хотя в детстве на него произвел впечатление какой-то эффектный горнист… И вот Ролан взбирается на сцену и произносит возбужденную сбивчивую речь. И подносит к губам школьный горн. И зазвучала мелодия (знаменитого саксофониста), не имеющая никакого отношения к пионерскому сбору. Мелодия о том, что творилось в сердечке (в Сердце!) девочки с ее невзрослой мечтой о несбыточном. Мелодия о незамечаемых нами мимолетностях жизни. Она слышна была и на школьном дворе, и на улице, и дальше, дальше…

* * *
О сюжетном построении «Звонят, откройте дверь» - источник

Вместо живых человеческих воспоминаний, на которые рассчитывает героиня, она получает подделку, оказавшись участницей некомфортной, суетливой ситуации, где «приобщение к истинному знанию» подменяется передачей пустого, извлеченного из пыльного небытия артефакта: газетной статьи сорокалетней давности, написанной суконным пионерским языком и сплошь состоящей из нелепых идеологических штампов. Самое печальное в том, что зритель не может не понимать: ничего другого от девочки и не требовалось. Однако ей явно не по себе, и создатели фильма некоторое время выдерживают зрителя в состоянии когнитивного диссонанса, поскольку тот не в состоянии определить причины постигшего героиню разочарования – то ли и впрямь от того, что что-то пошло не так, то ли просто потому, что пионервожатый, который должен был стать свидетелем ее триумфа, так и не пришел. ‹…›

Как и следовало ожидать, это финал ложный, промежуточный, и сюжет-триггеру о «неуместном тексте» предстоит появиться еще раз с тем, чтобы перекодировать ситуацию обратно и довести историю теперь уже до истинного катарсиса. В ходе поисков героиня случайно знакомится с маленьким, смешным человечком (которого играет Ролан Быков); сам он пионером не был, но на его глазах разворачивалась деятельность одного из первых пионерских форпостов, о чем он сохранил самые теплые детские воспоминания. Потеряв надежду предъявить предмету воздыханий собственного первого пионера, девочка на всякий случай приводит на итоговый сбор пионерской дружины своего нового знакомого. Ситуация грозит обернуться конфузом: персонаж Ролана Быкова не подходит организаторам «мероприятия» по чисто формальным критериям, соблюдение которых очевидным образом подменяет в их глазах смысл самого события. В конце концов, он обращается к залу со сцены в самый неподходящий момент и не самым подходящим образом, вызывая взрыв хохота среди собравшихся и приступ паники у «правильных» персонажей фильма. Но по мере того, как он разворачивает свой монолог, основанный на сугубо личных и глубоко прочувствованных воспоминаниях, настроение зала меняется и мероприятие вдруг начинает приобретать тот смысл, которым в идеале оно должно было обладать с самого начала. ‹…›

Михайлин В., Беляева Г. Чужие письма: границы публичного и приватного в школьном кино 1960-х годов // Неприкосновенный запас. 2016. № 2.

* * *
Володин и Митта не перешагивают через конкретность жизни, спеша к конечным выводам. Они изучают ее, пристально присматриваясь к, казалось бы, привычным вещам, по которым равнодушный взгляд обычно скользит, и открывают в них неизвестное, особенное. Зоркости их глаза и слуха можно позавидовать. Чего стоит хотя бы эпизод — урок в школе. Учительница спрашивает примеры обращений, и рядом с «Эй, товарищ, больше жизни!» ребята называют слова популярного чарльстона «Бабушка, отложи ты вязанье». Или суровое объяснение Тани и Гены, где она открывает ему всю бездну позора, в которую он может скатиться, как мальчишка из соседней школы, написавший девочке: «Элен, я вас люблю» — и теперь навечно прозванный «Мишель-вермишель».

Художники обладают даром видеть вещи непривычно. Кажется, так уж примелькались в нашем кино чуткие тимуровцы, помогающие пенсионерам, однако авторы фильма выворачивают знакомую ситуацию наизнанку. Оказывается, привыкли не только мы, зрители, привыкла и подшефная старушка. Она ворчливо выговаривает случайно попавшим к ней девочкам за неаккуратность, у нее уже приготовлен список поручений, разработана система поощрений: хорошо все выполните — сообщу в школу. Одинокая бабушка умело приспособилась к условиям игры — и автор улыбается ее наивному и агрессивному потребительству.

Ханютин Ю. Зов трубы // Искусство кино. 1966. № 1 - источник

* * *
‹…› до каждой клеточки своей фильм проникнут конкретными реалиями 60-х годов. Здесь и неповоротливые троллейбусы, шумно снующие по московским мостовым, и гулкие необжитые подъезды домов, и квартиры с книжными полками, подвешенными к стене, и пластинка на проигрывателе-чемоданчике, — реалии эти настолько точны и верно выбраны, что составляются на экране в целую эпоху нашей жизни. Ту самую эпоху, когда всем хотелось вроде бы добра, а не очень получалось, и стремительные порывы все больше сдерживали на месте, и никак не изжить было в людях страх и недоверие, и зло.

Маленькая девочка Таня, влюбленная в пионервожатого Петю из десятого класса, совершает подвиг любви: обычно своенравная и независимая от формализованной школьной системы, она включилась в активную «общественную жизнь» и отправилась на поиски первых пионеров, запланированные вожатым как очередное классное мероприятие. Маленькое существо, едва вступающее в жизнь, уже обречено было на компромисс во имя собственных чувств, и не выносило испытания гордости: в нежном сердце селилось первое горькое разочарование. «Возьмите в равных долях все, чем живет, страдает и радуется любящая женщина, перемешайте, взболтайте и опрокиньте в двенадцатилетнюю девочку», — так характеризовал свою героиню сам Митта ‹…›.

Кагарлицкая А. Александр Митта. М.: Всесоюзное бюро пропаганды киноискусства, 1988 - источник

* * *
Елена Проклова о получении роли в «Звонят, откройте дверь» - источник

Дед был на картине вторым режиссером, в обязанности которого, как известно, входит поставлять «материал». Когда одиннадцать тысяч претенденток было отвергнуто, он уже отказывался от всего: пропади, мол, оно пропадом, это кино!
И еще у нас был близкий приятель нашей семьи, Вячеслав Семенов, заместитель директора «Мосфильма». Замечательный человек, кто о нем ни заговорит — все сходятся в едином мнении. И вот именно он тогда вмешался, заявив:
— Ну что вы мучаетесь! Я сколько говорю: взяли бы Ленку, твою внучку! Такая девчонка, поет, танцует, выдумывает! Артистка прирожденная!

Кончилось тем, что меня притащили на пробы — притащил Вячеслав Семенович. Митта посмотрел и сказал:
— Да, ничего, девочка хорошая, способная. Где-нибудь мы ее в эпизодике обязательно снимем.

А на главную роль он меня ну совсем никак не прочил. По внешним данным, как было задумано, я совершенно не подходила. Была очень маленького роста, худая, белобрысая, такие хвостики с бантиками на голове. А девочка-героиня виделась ему высокой, кареглазой, и чтоб коса до колен. Ведь картина была задумана о первой любви, о пробуждении высокого женского чувства. Ну куда уж тут такой постреленок! ‹…›

Играла я играла, партнерши мои менялись, режиссер смотрел: ничего, опять ничего. Как он потом рассказывал: — Мы с Володиным сидим, время — часов двенадцать ночи. Полная безнадежность. Я думаю: может быть, правда Ленку попробовать? Говорю ему: «Смотри, какая девка... Я все думаю: какую бы роль ей придумать в этом фильме, чтобы ее поснимать? Талантливый ведь человек, поснимать мне ее очень хочется, а роли для нее в этой картине нет. Ты ей напиши чего-нибудь. Или уж правда ее взять на главную?»
А Володин: — Ну ты что? Ну как ее взять? Как может такое дитя сыграть любовь? Какую любовь? Ты посмотри: ей же пять лет...

Мне было одиннадцать, но ясно, что в такой ситуации счет ведется не по пальцам, не по количеству единиц.
Митта: — Давай я ей дам задание, а ты посмотришь, что она может сыграть.
И позвал меня. Время, как я уже сказала, около полуночи, но я все еще там крутилась — а как же: помогаю! Зовут — бегу. С Володиным я не была тогда знакома. А Александр мне сказал:
— Ты дедушку своего очень любишь?
— Да, очень.
— Тогда представь себе, что он заболел. Серьезно заболел, у него плохо с сердцем. Время позднее, ночь. Дома никого нет, лекарства тоже нет. Только ты знаешь, что за три дома отсюда, у твоей школьной подружки, отец — врач, хирург. Он пришел после операции, которую делал несколько часов, очень уставший... Пришел, перекусил, чуть-чуть ему надо отдохнуть, и опять с утра на операцию. А ты знаешь все это, как он устал, но тебе надо прийти и уговорить его не отдыхать, а идти помочь твоему дедушке. Понимаешь?
— Да, понимаю.
— Тогда врача, подружкиного папу, будет играть Володин. Как ты его будешь уговаривать, я не знаю. Давай.
— Можно я выйду на три минуты за дверь?
— Пожалуйста.
— Я постучу, когда смогу играть.
Александр только хмыкнул: — Так, началось... Актерские штучки...

А я до сих пор помню, как выглядел коридор, какое было освещение. Как прошла какая-то женщина в шаркающих тапочках. А я стояла за этой дверью и вспомнила того своего деда, маминого папу, который уже был не очень хорош. И подумала, что вот если действительно он, кого я так люблю, заболеет и умрет, с кем я останусь? И представила, что он умирает... Я помню, как это все крутилось в моей голове.

А потом... Я влетела в их комнату, я спихнула с кресла Володина, я так рыдала, что не могла произнести ни слова. Они не в силах были меня успокоить. И кончилось тем, что... я приволокла их домой, к себе, в Текстильщики. Иначе они ничего не могли со мной сделать.

И когда все это произошло, Митта сказал, что больше вопрос для них не стоял. Сценарист был убежден окончательно. Мой рост, волосы, их цвет перестали иметь какое бы то ни было значение. Начались съемки. Началась взрослая жизнь. Иначе быть не могло, потому что профессия актера не имеет детского адаптированного варианта ‹…›

Саша Митта меня выбрал, доверил мне во многом судьбу картины, показал пример высокого творчества, когда из ничего появляется новый мир в своей гармонии и целостности. Он относился ко мне как к взрослому человеку, ставя передо мной взрослые задачи, все всегда всерьез. ‹…›

Замечательный сценарист Александр Володин, человек необыкновенной чистоты и невероятной тонкости, тоже почти всегда был рядом, пока продолжались съемки. У него есть еще и другие прекрасные свойства: жизнелюбие, жизнеспособность, очень положительный заряд в отношении к жизни вообще. И эти его качества оказались для меня уроками духовной грамоты, такими, которые давались походя, сами собой.

* * *
Ролан Быков о роли Колпакова - источник

Сыграв роль трубача Колпакова, я прочел в нашей критике: Р. Быков продолжает развивать тему «маленького человека». Я был потрясен: отчего это мой Колпаков из «Звонят, откройте дверь» оказался маленьким человеком? Быть артистом оркестра московского театра — вполне сбывшаяся мечта, обладать достоинством и добротой, умом и духовностью, пылким сердцем и любить детей, историю, Родину, понимать гражданский язык трубы, как душу человеческую, — это все великие жертвы серьезной личности. Отчего же вдруг критик написал — «маленький человек»? Да это оттого, что у Колпакова нет солидного в глазах престижно-бюрократического человека (психология) багажа: не член партии, даже пионером не был — конечно, «маленький человек». Подход анкеты из отдела кадров. Володин и написал человека глубоко советского, верящего в общество, в идеалы коллективизма, в символику и атрибутику. Но не с этой точки зрения оценивают бюрократ и чиновник человека.


К таким вполне идеальным и в то же время живым володинским персонажам относится Колпаков, сыгранный Р. Быковым.

Туровская М. Повезло всем. «Звонят, откройте дверь» // Советский экран. 1966. № 4 - источник

Александр Володин об образе Колпакова - источник

Что сыграл Быков? Он же в картине непрерывно радуется и удивляется. Он в восторге от этого знаменитого скрипача, который «засуечён», который отказывается от каких-то встреч, которому нелегко живется. А Колпакову-Быкову легко, потому что он преклоняется перед этим скрипачом, перед тем давним, давним трубачом, который шел впереди отряда, а сам он даже и пионером-то не был.
А как Быков-Колпаков радуется гостям! Ему радостно с ними, хорошо с ними. Он с таким увлечением рассказывает девочке о том, что стол состоит из атомов, которые движутся в пространстве, необходимом для их движения. И это — «топливо» для его счастливого существования.
Счастливого, несмотря на то, что он находится в самом, казалось бы, убогом положении из всех героев фильма. Он живет с женой, которая любит другого, он играет не на скрипке, он не знаменит, у него нет сольных концертов. ‹…›

Я любил очень духовой оркестр, который играл в Парке культуры и отдыха. В детстве. Другой музыки я тогда и не знал. Труба для меня была символом полета, порыва, какого-то парения. Ввысь! Ввысь! Ввысь! Я дал ему трубу, чтобы в конце зазвучала эта нежная, парящая мелодия. «Всем! Всем! Всем!» Но чтобы получился такой финал, эта мелодия должна была жить в душе героя с самого начала. И все время. В этом суть образа, которую Быков выявил прекрасно.

Подготовила Е. Кузьмина © http://cinemotions.blogspot.com/

См. также: Александр Володин - записки
Related Posts Plugin for WordPress, Blogger...