Tuesday, 29 April 2008

"Невыносимая жестокость", цитаты / Intolerable Cruelty (2003)

Судья: Итак, миссис Гатмен, вы показали, что почти на протяжении 36 лет брака являлись сексуальной рабыней своего мужа.
Миссис Гатмен: Кроме тех двух лет, когда он служил в юго-восточной Азии.

Мэрилин: Всё играет в паровозики…
Гас Пэч: Мужья не взрослеют, а только набирают вес.

Майлз Мэйси: Итак, какая у вас беда, мистер Рэксрод?
Рэксрод: Моя жена намертво зажала меня в тисках.
Майлз Мэйси: Это её роль. Смиритесь с этим.

Майлз Мэйси: И вы предлагаете, несмотря на вашу вопиющую неверность, оставить ни в чем не повинную жену с носом?
Рэксрод: А это возможно?

- Косметические процедуры…
- Ботокс?
- Ягодичный жир!

Майлз: Что это? Черпаки?
Ригли: Ложки для ягод.
Майлз: Никто не ест ягоды ложками.
Ригли: Все едят.
Майлз: Не ложками! Где ты их нашел? На блошином рынке? Рядом с серебряными кольцами?

Душка фон Эспи: Я консьерж в Ле-Пантелон-Руж.
Майлз: Вы узнаёте эту женщину? Она гостила в этих ваших Красных панталонах?

Майлз: У кого есть косточки? Или собачья смесь? Для собаки.

- Протестую, ваша честь: удушение свидетеля.
- Отклоняю протест.
Майлз: Мэрилин, представьте на минуту, что я не адвокат, а друг.
Мэрилин: Значит, вы не возьмете денег?

Мэрилин: Я могу подать на вас жалобу.
Майлз: Оно того стоит.
Мэрилин: Романтичный адвокат по разводам.

Майлз: Сколько процессов выиграл Майерсон?
Ригли: Больше всех. Он легенда.
Майлз: А погляди на него. Ему 87, а он в офисе с раннего утра. И это – всё.
Ригли: Зато у него калоприёмник.

Мэрилин: Нет, нет, всё это как-то не так.
Майлз: Из-за килта?

Мэрилин: Майлз, ты всегда будешь моим любимым мужем. Мне пора. Собака взята напрокат.

Майерсон: Мы служим закону, мы чтим закон, а иногда, адвокат, мы подчиняемся закону.

Майлз: А она не будет мучиться?
Сиплый Джо: Нет, если не заплатите сверху.

Фредди: Вы оба замолчите! В ваш дом ворвался грабитель, раскаялся, его вдруг охватило отчаяние, и он застрелился.

UPD:
Wrigley: I'll just have a, um, salad, please. Baby field greens.
Nero's Waitress: What did you call me?
Wrigley: Uh, no, I-I... I-I didn't call you anything.

Nero's Waitress: You want a salad?
Wrigley: Yeah. Do you... Do you have a, uh, green salad?
Nero's Waitress: What the fuck color would it be?
Wrigley [to Miles]: Why are we eating here?
Nero's Waitress: What's his problem?
Miles Massey: Just bring him an iceberg lettuce and a mealy tomato wedge smothered with French Dressing.
Nero's Waitress: And for you?
Miles Massey: Ham sandwich on stale rye bread. Lots of mayo, easy on the ham.
Nero's Waitress: Slaw Cup?
Miles Massey: What the hell.

Wrigley: Who needs a home when you've got a colostomy bag?
Miles Massey: You know why I hate this town, Wrigley? You see, people get to Las Vegas, and all of a sudden the rules of the moral universe don’t apply. When God is dead, all things are possible. I saw an ad in the paper: "No-fault divorce. Two week divorce without a lawyer". Made me sick to my stomach. “No-fault divorce”. Good God. Talk about your oxymoron.
Е. Кузьмина © http://cinemotions.blogspot.com/

Thursday, 24 April 2008

"Курьер" Шахназарова (1986): цитаты и кадры из фильма / Сourier


Вообще-то, повесть Шахназарова мне нравится больше (опять это неправомерное сопоставление двух разных искусств!) – если исключить из неё вставку про гражданина Воробьева, написавшего рассказ.

Но и фильм замечательный. Неподражаема Инна Чурикова - мама Ивана.

Вообще, все взрослые актёры хороши - Басилашвили, Крючкова... А вот подростки – Катя, Базин, даже Иван, который, как я понимаю, по замыслу автора должен быть слегка не от мира сего, - какие-то заторможенные, что ли.
Подобный дискомфорт от игры актеров-детей/подростков возникает, когда смотрю «детские» фильмы Сергея Соловьёва: «Сто дней после детства» (единственный живой среди заученно-марионеточных детей – Шакуров), девочка в «Наследнице по прямой». Непонятно - то ли режиссер требует от детей некой романтической «заторможенности», то ли они сами по себе скованные такие...
У Шахназарова, вроде, уже не дети. А всё равно играют заученно-марионеточно: натянутые жесты, поспешно выпаливаемые реплики...


(после развода): Сынок, я тебя жду там, на остановке. Мы с тобой сходим в зоопарк и планетарий.


Иван: Дарвин тоже плохо начинал, а как кончил.
Мама: Да ладно, ты не Дарвин!


Под незабвенный напев про «Родительский дом, начало начал» - Иван поджигает «родное гнездо».


Мама: Я подыскала тебе место.
Иван: Надеюсь, не ниже замминистра.
Мама: Почти. Курьер в редакции "Вопросов познания".
Иван: С детства мечтал стать шестеркой.
Мама: В таком случае можешь считать, что тебе повезло.



Заполни анкету и напиши автобиографию.

"Я родился в провинции Лангедок в 1668-м году. Мой род, хотя ныне и обедневший, принадлежит к одним из самых славных и древних семейств королевства. Мой отец граф де Бриссак сражался в Голландии в полку г-на Лаваля и был ранен копьем при осаде Монферрата, на стенах которого он первым водрузил королевское знамя. До 17 лет я жил в родовом замке, где, благодаря заботам моей матушки баронессы де Монжу, был прилично воспитан и получил изрядное образование. Ныне, расставшись со своими дорогими родителями, дабы послужить отечеству на поле брани, прошу зачислить меня в роту черных гвардейцев его величества".

- Зинаида Павловна.
- А меня зовут Иван Пантелеймонович.
- Простите, а вашего отца зовут Пантелеймон?
- А что здесь такого?

Макаров: Чего смеешься?
Иван: Да так. Вы сказали «старина»... Меня так отец называет.
Макаров: Все мы в чем-то отцы.
Иван: Это конечно. Только он с нами уже давно не живет.
Макаров: Сочувствую.
Иван: Кому? Ему или нам?
Зиночка: Наш человек.


- Вам кого?
- Вас.
- Меня?
- Да. Я учился с вами в первом классе и с тех пор люблю вас.
- В первом классе я училась в Ленинграде. Папа там работал.
- А-а... Значит, это были не вы.

- Снимайте ботинки и идите.
- Носки тоже снимать?
- Носки можете оставить.
- Дайте тапочки...
- Нате...


Кузнецов: Катя, проводи молодого человека до дверей.
Иван: Спасибо, я не тороплюсь. Я, знаете, с удовольствием выпил бы чашку чаю и слопал бутерброд с сыром.
Катя: Ну, я же говорила, что он сумасшедший.
Иван: А что здесь сумасшедшего? Я же не прошу у вас сто рублей взаймы.
Кузнецов: И на том спасибо.
Иван: Человек голоден и просит чашку чаю и кусок хлеба. Что здесь такого?
Катя: Да, вообще-то...
Кузнецов: Катя, пожалуйста, проводи молодого человека на кухню и дай ему стакан чаю. И бутерброд.

Иван: А ты ничего. Ну, фигура... Ноги там...
Катя: Это - в маму. У нее тоже ноги длинные.
Иван: Интересно было бы посмотреть.
Катя: Она попозже будет.


Макаров: Да, такой штукой по голове - это не шутка. До крови можно разбить.
Иван: Ну, если с большой высоты – конечно до крови!
Зиночка: А может, и не до крови.
Макаров: Как это не до крови?! Да таким дыроколом убить можно!
Иван: Ну это вряд ли.
Макаров: Да ты подумай! Если им со всей силы и по башке! А?!

Зиночка: Дайте мне посмотреть... Ну если со всей силы – можно убить.


Иван: Принципы самые несложные. Хотелось бы иметь приличный оклад, машину, квартиру в центре города и дачу в его окрестностях. Да, еще... Поменьше работать.

Кузнецов: Материальные блага необходимы, и в этом нет ничего предосудительного. Но все же надо заслужить их, то есть приложить какие-то усилия, и усилия немалые...
Иван: Какую мрачную картину вы нарисовали. Тогда уж лучше без машины... Лучше пешком ходить.
Кузнецов: Вот! Именно. А иначе, мой юный друг, никак, никак не получится!
Иван: Ну почему же? А если жениться? Ну, к примеру, обольщу вашу дочь, женюсь на ней - и дело, можно сказать, в шляпе.

У вас и связи имеются и денежки водятся! Не захотите же вы сделать несчастной жизнь единственной дочери.

Найдете же вы возможность и в институт меня пристроить, и тепленькое местечко выхлопотать, и квартиру постараетесь купить. А?! Агнесса Ивановна?!


Зиночка: Степан Афанасьевич, какое у вас самое заветное желание?
Макаров: Ну... Чтобы в Московской области атмосферное давление не падало ниже 740 градусов.
Зиночка: Это еще зачем?
Макаров: Рыба лучше клюёт.
Зиночка: А вот я бы загадала желание, чтобы выйти замуж за японца.
Макаров: Почему за японца-то?
Зиночка: У них технология самая передовая.

Макаров: А грузин тебя не устроит? А то у меня есть один знакомый!
Зиночка: А ты, Вань?

Иван: А я мечтаю, чтоб коммунизм на всей земле победил.

Иван: Может, поцелуемся?
Катя: С какой это стати?
Иван: Ну так... Что ты, развалишься?
Катя: Развалиться, конечно, не развалюсь, но целоваться с тобой не буду. У меня принципы.

Иван: По мне, ничего нет лучше обычного древесного спиртяги...


Иван: Я сочиняю стихи, Семен Петрович.
Кузнецов: Что ж, по-моему, недурно. Что-то напоминает, правда... Или стиль такой старомодный. А в общем, очень недурно.


Иван поёт вместо Кати «Соловья» Алябьевского. А она рассказывает вместо Ивана о своей мечте.


...что касается "Курьера", то просто в моем классе училась Настя Немоляева, которая и привела меня на пробы. Почему-то прошел я.

Тебе близок облик "Курьера" Ивана? Плевал ли ты против ветра?
Близок именно потому, что я не воспринимал его, как плюющего против ветра. Проблема в направлении ветра. Нигилизмом почему-то считается нормальная реакция на абсурдность окружающей действительности.

Мой выбор определяет не сумма денег. Есть друзья и родственники, мнением которых я дорожу. Я однозначно не хотел бы стать сейчас мистером "Смак" или мистером "Галина Бланка": стыдно...

Собираешься ли ты возвращаться?
Возвращаться - плохая примета. Я не чувствую здесь себя дома. Я много езжу, а ощущения дома, Родины нет ни в Израиле, ни в Италии, ни в России. Бездомный я.
(Фёдор Дунаевский, из интервью)

Sunday, 20 April 2008

Андрей Плахов о фильме "Двойная жизнь Вероники" Кесьлёвского

(фото Piotr Jaxa; Кесьлевский в конце дня работы над "Белым", гостиница Бристоль, Варшава, январь 1993)
...мода на самобытность быстро прошла, план Европейского Дома был похерен балканскими и другими войнами, Восточная Европа, хоть и не огороженная более железным занавесом, вновь заняла свое место задворок континента. Предчувствие этого регресса пронизывает "Двойную жизнь Вероники" (1991) — появившуюся вскоре после "Декалога" грустную притчу о вариативности судьбы, которая играет жизнями, демонстрируя порой пугающе совершенную симметрию. Впрочем, симметрии не было в самом фильме: его польская, краковская новелла, пропетая на одном дыхании, получилась значительно короче и значительно сильнее французской — элегантной и немного чопорной.

Что такое в совокупности — "Двойная жизнь"? Две девушки в разных городах, в разных странах, или, как уместно процитировал Блока по этому поводу Александр Тимофеевский, "на разных полюсах земли", похожи как две капли воды, и ничего не знают друг о друге. Но в каждой зреет смутное ощущение, что она не одна в мире, что существует какая-то связанная с нею другая жизнь. Так и случилось: одна девушка внезапно умирает в расцвете первого чувства и открывшегося музыкального таланта — умирает, чтобы дать шанс на счастье и любовь своей двойнице.

Принципиально, что одна из героинь живет в Польше, другая во Франции. Количество счастья, как и свободы, по Кесьлевскому, в мире ограничено. И если чего-то прибывает в одном месте, значит — неизбежно убывает в другом. Таков смысл одиннадцатой притчи Кесьлевского. Ей заранее прочили победу в каннском конкурсе, но жюри под началом Романа Полянского рассудило иначе. Американцы, не найдя на сей раз опоры в библейских заповедях, сочли сюжет «Вероники» заумным. Только дебютантка Ирен Жакоб была удостоена актерского приза и сравнения с Ингрид Бергман.

Андрей Плахов «Всего 33 звезды мировой кинорежиссуры»

Friday, 18 April 2008

Мсье Ир / Monsieur Hire / M. Hire (1989)

Нежная и болезненная, драматическая и лирическая, эротическая и загадочная история любви и предательства; желания и одиночества.
Проникновенный, потрясающий психологический фильм Патриса Леконта (в очередной раз поразилась неровности, неравнозначности его произведений).

Фильм пропитан духом обреченности, безысходности, печали... Образы сопровождает роскошная музыка Майкла Наймана (Michael Nyman) - композитора в таких фильмах, как "Натали...", "Пианино", "Кэррингтон"...

Фильм заслужил массу наград и номинаций.
К сожалению - или к счастью - я не читала книгу Жоржа Сименона (Georges Simenon) «Помолвка мсье Ира» (Les Fiançailles de M. Hire), по которой снят фильм.

...Парижская окраина.
Убита 22-летняя Пьёретта Буржуа; её тело найдено недалеко от дома, где живет мсье Ир.

Мсье Ир (неподражаемый Мишель Блан/ Michel Blanc) – невысокий, невыразительный лысеющий человечек средних лет, чрезвычайно уравновешенный и очень аккуратный (психологи говорят, излишняя педантичность сродни тревоге).
Мсье Ира не выносят соседи, ведь он так непохож на них! Конечно, он немедленно становится подозреваемым номер 1. Его настойчиво и безжалостно преследует инспектор полиции (Андрэ Вильмс / Andre Wilms).

Зловещая последовательность кадров: в синеватом морге инспектор фотографирует труп погибшей. Синеватый же – сквозь стекло двери – мсье Ир придерживает за затылок девочку, считающую до 30 – предыстории не знаем; возможно, так он делает ей внушение за какую-то вину...

Мсье Ир – портной. Живет одиноко, и люди его не любят – о причинах неприязни допытывается инспектор.

- Что вы людям такого сделали, что они вас на дух не переносят?
- Ничего. Я необщительный, неприветливый, а это никому не нравится. При моем появлении все сразу замолкают, а пройду мимо – они снова начинают говорить. Меня это не смущает.

- Нелегко в вашем возрасте быть рядовым, инспектор? – на прощание спрашивает Ир; вопрос звучит неожиданно грубо; и кажется, понимаешь, за что именно его не любят...

Дети колотят в двери квартиры Ира – он продолжает невозмутимо поедать вареное яйцо. Аккуратный затылок отчего-то вызывает омерзение. Всё еще непонятно, кто он – вполне возможно, маньяк, злодей... (Хотя, честно говоря, для меня нелюбовь окружающих обывателей - скорее, комплимент "белой вороне" ).

Он, кажется, смешон и нелеп, всегда один; из друзей – только белые мышки; что-то там «мудрит» с девочкой (той самой, считающей до 30). Кто знает, может, он и правда убийца?


Свободное время мсье Ир проводит, неотрывно глядя из неосвещенного окна своей квартиры в окна дома напротив.

Там живет Алис (Сандрин Боннэр /Sandrine Bonnaire. Она из тех женщин, чья красота проявляется с годами. В фильме - слишком юна и неопределённа; простушка-никакушка).

Под неизменные звуки танго, звучащего в доме мсье Ира, Алис, не ведая того, устраивает ежедневные стриптизы для него (Я никогда не включаю свет).

Вскоре оказывается, что Ир заслуживает симпатии и жалости: это не он, а его изводят детишки; а их родители шепчутся за его спиной и тычут пальцами вслед...

Чистенький ухоженный многоэтажный дом. Цветочки на окнах. Тихие соседи. Под визгливый хохот детишки продолжают веселиться - обсыпают дядю-бяку мукой (наверняка родители комментировали Ира при детях, а малыши ведь такие восприимчивые, прелесть). Идёт тихая травля маленького лысого человечка, вина которого в том, что он – не такой, как все.

Алис встречается с Эмилем (Luc Thuillier), неприятным типом. «Я тебе не верю, но всё равно люблю,» - говорит она ему. - Ничего, что ты меня не любишь. Зато я люблю тебя за двоих.

Зная, что её любимый убил соседскую девушку – не моргнув глазом эта «Джульетта» использует доверчивого «уродца» Ира.

«Крошка мила и совсем не глупа,» - говорит о ней инспектор.

На глазах у злобно-любопытствующих соседей проводится «следственный эксперимент»: в ночь убийства таксист видел человека в черном пальто... И вот теперь маленького человечка, обивающегося потом, заставляют снова и снова пробегать в ворота дома... Таксист не уверен (как можно было перепутать маленького Ира с настоящим убийцей, любовником Алис?).


Однажды во время грозы Алис заметила следящего за ней. Но странно: она не обращается в полицию, а настойчиво преследует Ира с целью познакомиться поближе.


Его любят только завсегдатаи боулинг-клуба, где мсье Ир творит буквально чудеса, выбивая неизменные "страйки".

Невозмутимый Ир демонстрирует свою ловкость в боулинге:
- Вот видите, кое-где меня любят, - говорит он инспектору, то ли случайно, то ли нет оказавшемуся рядом.
- У вас была судимость – 6 месяцев тюрьмы за развратные действия. Как давно у вас не было женщины? – теперь очередь инспектора быть грубым.

Ни разу в фильме не прозвучало имя - только эта коротенькая фамилия:
- Моя фамилия Ирович. Но уже отца и деда звали просто Ир...

Алис знакомится с Иром - "случайно" рассыпает около его двери помидоры и вызывающе прогнувшись, ползает на четвереньках, собирая их...

Он рассказывает проститутке про старушку, кормившую голубей. Её любили, все знали. А потом оказалось, что корм был отравлен. Тихо улыбаясь, она отравила множество птиц... Жители квартала не могли в это поверить.
Милая девушка Алис – сродни этой старушке: трудно поверить, что за ангельской внешностью может скрываться подлость и вероломство. В интервью Сандрин Боннэр называет её одной из самых монструозных своих героинь.

Милан Кундера очень точно заметил, что человек неосознанно творит свою судьбу по законам красоты... Мсье Ир оказывается на льду – он пришел на каток, следя, следуя за Алис; упал и поранился. На льду растекается красная лужица.

Алис, заметив, что Ир снова у окна, смотрит на нее – приходит к нему.

– Некрасиво так подсматривать. Я могла бы донести на вас...
Потом, что-то поняв ("Крошка не глупа"), она меняет тактику: Вы добрый. Мне даже нравится, что на меня смотрят. И что это именно вы.
Но попытка соблазнить Ира не удалась... Как любому одинокому мечтателю, ему важнее мечты; от реальности удерживает страх отрезвления.


Алис продолжает преследовать Ира. Это она приглашает его пообедать. Неужели этот человечек заинтересовал ее?

За обедом в вокзальном ресторане Ир разговорился: Обожаю наблюдать за людьми... Я часто прихожу сюда, один. Теперь всё иначе.

Между Иром и Алис – перспектива вокзала, как возможность счастливого будущего для обоих.

Мсье Ир: В районе Лозанны, как только пригреет солнце, люди красят ставни... они достают кисти и краски, и сразу понятно, что пришла весна. Мелочь. А ведь это значит, что они хотят сделать свою жизнь красивее.

И вот – суть разговора: Эмиль – это мой жених.
Мсье Ир: Я знаю... Вы так нежны со мной. И всё потому, что хотите узнать, стоял ли я у окна, видел ли, как вы помогали своему красавчику-Эмилю отмыться от крови Пьёретты Буржуа, которую он убил...

Осторожный Ир опасался привязанностей и возможного предательства, – даже шлюх выбирал разных, чтобы не привыкать. Но от любви к Алис он теряет голову и осторожность, полностью раскрывается ей... Несколько месяцев назад, когда она поселилась напротив, влюбился в неё.
Неосторожно говорит: Если бы мог донести на Эмиля, не подвергая опасности Вас, я не колеблясь сделал бы это...
- Не надо меня любить, - предостерегает она. Но Ир её не слышит.

На фоне боксерской драки – отвратительный, патологический вид спорта – Алис даёт Иру ласкать себя. Ослепленный, мьсе Ир верит, что сия девица способна искренне им заинтересоваться; он предлагает Алис уехать с ним. «Ничего, что сначала вы будете любить меня немного меньше, чем его». Как смешно...

На вокзал, где ее ждет - отчаянно высматривает - мсье Ир, Алис не приходит. Она занята другим – подбросила сумочку убитой Пьёретты в квартиру мсье Ира и донесла инспектору. «О, женщины, вам имя вероломство».

Но Ир любит её настолько, что даже не может на нее сердиться.


Маленький одинокий человечек, изгой среди обывателей городка, мечется по крышам...

Невыносимый, пронзительнейший финал – письмо Ира инспектору, которое тот получил уже после его гибели и в котором несчастный затравленный человечек выдал Эмиля, настоящего убийцу.

Когда Вы прочтете письмо, мы с Алисой будем уже далеко. В ячейке камеры вы найдёте плащ, который был на Эмиле, когда он убил Пьёретту Буржуа. В ту ночь он выбросил его на пустыре, а я подобрал. Я знаю, для правосудия Алиса – сообщница. Но она ничего дурного не сделала. Я уехал с ней, потому что она невиновна. Я хочу её оберегать. Умоляю вас, не ищите нас. Надеюсь, вы не посягнете на наше счастье. Мы счастливы, мы вместе, и это главное.
Мсье Ир.

По настроению «Мсье Ир» напоминает другой великолепный фильм Леконта, «Муж парикмахерши». Та же возвышенная одержимость, завороженность, очарованность женщиной – её запахом, её телом, её историями... Правда, в «Муже парикмахерши» гибнет женщина, а герой, мужчина, остается в своём хрупком мирке, с ароматами парикмахерской и индийскими мелодиями...

В фильме «Мсье Ир» всё безысходнее, трагичнее; стремление героя к идеалу заканчивается трагедией. Собственно, как сказано выше – весь фильм пропитан ядом обреченности. Диалогов, как часто бывает в серьезных фильмах Леконта, – минимум; огромное значение имеет музыка – прекрасная.
Related Posts Plugin for WordPress, Blogger...