Wednesday, 6 June 2007

"Тот самый Мюнхгаузен" - цитаты и кадры из фильма /Tot samyy Myunkhgauzen (1979)


Томас (пастору): Господин барон вас с утра ожидает. Он с утра в кабинете работает, заперся и спрашивает: Томас, говорит, не приехал еще господин пастор? - Нет, говорю, нет еще. - Он говорит: Ну и слава Богу. Очень вас ждёт.


Томас (пастору):
Не возражаете, с дороги чуть-чуть? Вам фугу, сонату или что-нибудь покрепче?


Томас
: Фрау Марта, я не расслышал: который час?
Марта: Часы пробили 3, барон – 2, стало быть, всего 5.

Марта: Извините нас Бога ради, господин пастор, – мы не заметили вас.
Пастор: Угу.


Барон Мюнхгаузен: Попал. Утка. С яблоками. Она, кажется, хорошо прожарилась.
Пастор: Она, кажется, и соусом по дороге облилась.
Барон Мюнхгаузен: Да? Как это мило с ее стороны!

Барон Мюнхгаузен: Жена сбежала от меня два года назад.
Пастор: По правде говоря, я на ее месте сделал бы то же самое.
Барон Мюнхгаузен: Поэтому я и женюсь не на вас, а на Марте.

Пастор: ...Потому что при живой жене вы не можете жениться вторично.
Барон Мюнхгаузен: Вы говорите, «при живой»?
Пастор: При живой.
Барон Мюнхгаузен: Вы предлагаете её убить?

Барон Мюнхгаузен: Вы же разрешаете разводиться королям?
Пастор: Ну, королям, в особых случаях, в виде исключения, когда это нужно, скажем, для продолжения рода...
Барон Мюнхгаузен: Для продолжения рода нужно совсем другое.

Барон Мюнхгаузен: Всякая любовь законна, если это любовь.

Марта: Может быть, тебе не стоило начинать с Софокла? И с уткой в этот раз ты тоже перемудрил.
Барон Мюнхгаузен: Хотелось его развеселить.... Мне сказали: умный человек.
Марта: Ну мало ли что про человека болтают!

Генри Рамкопф: Нет оснований? Человек разрушил семью, выгнал на улицу жену с ребёнком!
Феофил: С каким ребенком?! Я офицер!
Генри: Выгнал жену с офицером!

Генри: Давайте уточним: имеешь любовницу – на здоровье; сейчас все имеют любовниц. Но нельзя же допускать, чтобы на них женились – это аморально!

Бургомистр: Говорят, жена поймала его с какой-то фрейлиной. Это было ужасно! Будучи в некотором нервном перевозбуждении, герцог вдруг схватил и подписал несколько прошений о разводе со словами: «На волю, всех на волю!»

Герцог: Хотите отрезной рукав? Пожалуйста! Хотите плесированную юбку с выточками? Принимаю и это! Но опускать линию талии – не дам!


Генри (читает): "С 8 до 10 утра – подвиг".
Бургомистр: Я сам служу, сударыня. Каждый день к 9 утра я должен идти в магистрат. Я не скажу, что это подвиг, но вообще что-то героическое в этом есть!

Герцог: Что? Мне?! В этом?! В однобортном? Да вы знаете, что в однобортном уже никто не воюет? Война у порога, а мы не готовы! Нет, мы не готовы к войне!

Герцог: Господа офицеры, сверим часы! Сколько сейчас?
- 15:00!
- 15 с четвертью!
Герцог: А точнее?
Командующий (глянув на барометр): Плюс 22!

Герцог: Талия на 10 см ниже, чем в мирное время.
Командующий: Ниже?!
Герцог: То есть выше!
Командующий: А грудь?
Герцог: Что грудь?
Командующий: Оставляем на месте?
Герцог: Нет, берем с собой!

Барон Мюнхгаузен: Кому применить силу – вам или мне?
Офицер: Не понял?...
Барон Мюнхгаузен: Так. Может, послать вестового переспросить?
Офицер: Это невозможно.
Барон Мюнхгаузен: Правильно – будем оба выполнять приказ. Логично?
Офицер: Ээээ...
Барон Мюнхгаузен: И это хорошо.

Командующий: Барон Мюнхгаузен будет арестован с минуты на минуту! Просил передать, чтобы не расходились.

Командующий: Сначала намечались торжества. Потом аресты. Потом решили совместить.

Герцог (командующему, о солдатах): А почему продолжается война? Они что у вас, газет не читают?

Баронесса Якобина: Развод отвратителен не только потому, что разлучают супругов, но и потому, что мужчину при этом называют свободным, а женщину - брошенной.

Барон Мюнхгаузен (перед бракоразводным процессом): О чём это она?
Один и зевак: Барона кроет.
Барон Мюнхгаузен: И что говорит?
— Ясно что: подлец, говорит, псих ненормальный, врун несчастный...
Барон Мюнхгаузен: И чего хочет?
— Ясно чего: чтоб не бросал.
Барон Мюнхгаузен: Логично.


Барон Мюнхгаузен: Якобина с детства не любила меня и, нужно отдать ей должное, сумела вызвать во мне ответные чувства.

Бургомистр: Да скажем откровенно: меня тоже многое не устраивает, я тоже со многим не согласен! Да, да!
В частности, я не в восторге от нашего календаря – и не первый год. Но я не позволяю себе срывы!

Герцог: Так какое у нас сегодня июня?!

Бургомистр: Город перестанет смеяться над вами.
Барон Мюнхгаузен: Жаль. Я не боялся казаться смешным. Это не каждый может себе позволить.

Генри: ...Но родник – он бьет.
Баронесса: Иногда бьет, а иногда – струится. В данном случае лучше, чтобы он струился.

Герцог: Из Мюнхгаузена воду лить не будем! Он нам дорог просто как Карл Иероним... А уж пьет его лошадь, или не пьет – это нас не волнует.
Командующий: Не в пустыне же.

Пастор: Мы были искренни в своих заблуждениях!

Томас (Юрий Катин-Ярцев): Я не верил, что вы умерли. Даже когда в газетах сообщили – не верил.

Томас: Юмор – полезный. Шутка, мол, жизнь продлевает...
Барон Мюнхгаузен: Не всем. Тем, кто смеется — продлевает, а тому, кто острит — укорачивает.

Барон Мюнхгаузен: Мальчик родился. 12 килограммов.
Томас: Бегает?
Барон Мюнхгаузен: Зачем? Ходит.
Томас: Болтает?
Барон Мюнхгаузен: Молчит.
Томас: Умный мальчик, далеко пойдёт.

Баронесса: Завтра годовщина твоей смерти. Ты что, хочешь испортить нам праздник?!

Бургомистр: Он его уже запомнил в лицо.
- Кто кого?
Бургомистр: Герцог. Кабанчика!
Бургомистр: Позор! Королевская охота! Делайте что хотите, но чтобы через полчаса в лесу было светло, сухо и медведь! ...Докатились! А ведь были, были буквально родиной медведей!
(медведю) Пшел вон. Расплодились.

Генри: Воспользовавшись своим внешним сходством с бароном; коварно овладев его походкой, голосом и даже отпечатками пальцев, подсудимый наивно надеется нас обмануть...

Бургомистр: Всё пойдет по плану: после увертюры – допросы; потом – последнее слово подсудимого, залпы; общее веселье, танцы.

Барон Мюнхгаузен: У меня был друг – он предал; у меня была любимая – она отреклась...
Герцог: Грубо! Как мы любим... не это главное.


Барон Мюнхгаузен: Но на этот раз я не был на Луне!
Бургомистр: Как это не был, когда уже есть решение, что был?!

Барон Мюнхгаузен: Когда я вернусь, пусть будет шесть часов!
Томас: Шесть утра или вечера?
Барон Мюнхгаузен: Шесть дня.


Барон Мюнхгаузен: Серьезное лицо еще не признак ума. Все глупости на земле совершались именно с этим выражением лица... Улыбайтесь, господа... Улыбайтесь...

Подготовила Е. Кузьмина © http://cinemotions.blogspot.com/
Related Posts Plugin for WordPress, Blogger...