Sunday, 4 March 2007

Ингмар Бергман "Персона" (1966) / цитаты

Она опускает большую, немного влажную руку, испещренную длинными синими прожилками, - тяжелую, красивую руку, которая кажется старше ее еще молодого лица.

**
Ты думаешь, я не понимаю. Эта безнадежная мечта о бытии. Не действовать, но просто существовать. Осознавать каждое мгновение, всё время быть настороже. И одновременно ощущать пропасть между тем, кто ты есть перед другими людьми, и тем, кто ты перед самой собой. Лишиться покоя и постоянно жаждать разоблачения. Наконец быть разгаданной, развенчанной и, возможно, уничтоженной. Каждая интонация – фальшь и предательство. Каждый жест – подделка. Каждая улыбка – гримаса: роли жены, друга, матери, любовницы, какая из них была самая страшная? Какая мучила тебя больше всего? Претворяться актрисой с лицом, вызывающим интерес. Железной рукой свести воедино все разрозненные части и добиться, чтобы они подходили друг другу. Где же произошел разрыв?...

**
«Весь страх, который мы носим в себе, наши разбитые мечты, необъяснимая жестокость, боязнь конца, болезненное состояние нашего земного бытия постепенно укрепили надежду на неземное спасение. Неслыханный протест нашей веры и наших сомнений против тьмы и молчания есть одно из самых страшных доказательств нашей покинутости и нашего боязливого, невысказанного знания».


**
Знаешь, у меня есть мечта. При больнице, где я училась, есть дом для престарелых, там живут пожилые медицинские сестры. Те, кто всю жизнь проработали медицинскими сестрами и ничего другого не знали. Они носили только форменную одежду. А теперь живут там в крохотных комнатушках и умирают вблизи своей больницы. Верить во что-то так сильно, чтобы посвятить этому всю жизнь.

**
Многие считали, что я отличная слушательница. Смешно, не правда ли? Я хочу сказать, что никто никогда не поинтересовался выслушать меня. Я имею в виду так, как ты это делаешь сейчас. Ты ведь слушаешь меня.

[Тамина в «Книге смеха и забвения» Кундеры также слыла прекрасной слушательницей – отчасти потому, что никто не давал себе труд спросить о чем-то ее саму... - автор блога]

**
«Дорогая, я хотела бы всегда жить так: уединенно, без претензий, в молчании, чувствуя, как измученная душа наконец понемногу начинает отходить. Ко мне возвращаются элементарные, но забытые мною ощущения, такие, как чувство ужасного голода перед обедом, детское желание прикорнуть вечером, любопытство к толщенному пауку, удовольствие от хождения босиком. Я опустошена, я поглупела и как будто пробираюсь ощупью сквозь мягкую полудрему. Я чувствую себя обновленной, чертовски бодрой. Меня окружает море, убаюкивающее, как плод в чреве матери. Нет, у меня нет никаких желаний, никакой тоски по моему малышу, но я знаю, что ему хорошо, и это меня успокаивает...»

**
Разве неважно, чтобы человек не лгал, говорил правду, чтобы в его интонациях не было фальши? Так ли это необходимо? Разве можно существовать, не болтая о том, о сем? Говорить о ерунде, оправдываться, врать, увертываться. Я знаю, ты молчишь потому, что устала от всех своих ролей, от всего того, чем владела в совершенстве. Но разве не лучше разрешить себе быть глупой и слабой, болтливой и лживой? Тебе не кажется, что человек станет хотя бы чуточку лучше, если разрешит себе быть самим собой?

**
Слова переживают такую же инфляцию, как понятия пустота, одиночество, боль, отчужденность, беспомощность.

**
Краски, быстрый бросок, непонятное отвращение к боли, и все эти нескончаемые слова. Я, мне, мы, нам, нет, как называется это, что ближе всего, на что можно опереться?

...Несчастье, которое не случилось, когда оно должно было случиться, а произошло в другое время, неожиданно и без предупреждения.

Орне, 17 мая 1965 года.
Источник: "Искусство кино", № 8, 1991 год / перевод со шведского – Н. Френкель.
Related Posts Plugin for WordPress, Blogger...