Monday, 15 April 2019

смешить людей – прекрасное занятие/ Emma Thompson - 60

Эмма Томпсон родилась 15 апреля 1959 года в Лондоне в семье актеров Эрика Томпсона и Филлиды Ло.
Изучая английскую литературу в Кембриджском университете, Томпсон познакомилась с актером Хью Лори, с которым у нее некоторое время были романтические отношения.
В 1980-е годы играла в театре, а также в сериалах на телеканале ВВС. На съемках одного из них у Эммы завязался роман с актером и режиссером Кеннетом Брана, а в 1989 году они поженились.
За роль в голливудской картине «Говардс Энд» (1992) Томпсон получила премию «Оскар». А второй «Оскар» ей вручили за лучший адаптированный сценарий к фильму «Разум и чувства» (1995), в котором она сыграла одну из главных ролей.
Во время съемок она развелась с Брана и встретила актера Грега Уайза, который позже стал ее вторым мужем. В 1999 году у них родилась дочь Гайя, а в 2003 году они усыновили подростка из Руанды Тиндиебуа Агабу.
Сегодня на счету Томпсон около 60 ролей в кино и на телевидении.

Эмма Томпсон:
Я думаю, вся эта паника насчет старения существует сегодня оттого, что нам с детства внушают стереотип: реально живут только люди определенной возрастной категории. А остальные – так, доживают свой век. Ведь даже в сказках все эти «жили долго и счастливо» наступают, когда героям лет по 20. И все, на этом все заканчивается. Но ведь в те сказочные времена люди и жили дай бог до 40. А сегодня в этот момент как раз и начинается самое интересное! Мне лично мой возраст нравится. И знаете, кажется, мне даже удалось повзрослеть – несмотря на все мои старания противостоять этому процессу.

...Лет в 16 была у меня одна очень верующая подруга, и я тогда сильно заинтересовалась христианством. Идея некоей благой силы, которая все контролирует, казалась такой успокоительной. Я стала ходить к викарию, задавать ему всякие вопросы. Определяющим оказался момент, когда я спросила, попадет ли в рай мой дядя-гей, а священник замялся: «Не совсем». Тогда я решила, что если дядя, который был прекраснейшим человеком и при жизни достаточно настрадался из-за чужих предрассудков, туда попасть не может, то и мне не надо. Так что с тех пор я убежденная атеистка. И дело не только в том, что я не верю в Бога, меня не удовлетворяет сама постановка вопроса. На мой взгляд, в наши дни Библии или там Корана, мягко говоря, недостаточно, чтобы иметь в жизни действенный моральный ориентир. Полагаться надо в первую очередь на то, что внутри нас самих.

...Я считаю, что судьба в какой-то степени определяется тем, как мы живем, нашим повседневным поведением. Иногда рок принимает форму наших собственных привычек, рутины. Поэтому, чтобы обмануть его, надо эту рутину нарушить. Тогда, быть может, судьба повернет в другом направлении.

Это правда, что на премьере одного из своих фильмов вы исполнили зажигательный танец, вместо шеста использовав фонарный столб?
Э. Т.: Правда. В душе я клоунесса, так что, когда мне на пути попался такой прекрасный реквизит, я просто не смогла пройти мимо. На этих мероприятиях все такие торжественные и серьезные, что аж скулы сводит. Так и тянет выкинуть какой-нибудь номер, чтобы сбавить пафос. Психологи сказали бы, что это защитный механизм. Наверное, так и есть, потому что я глупо себя чувствую, когда надо изобразить гламурную красотку перед камерами. Ну и потом, смешить людей – прекрасное занятие. Каждая шутка – это своего рода бунт перед реальностью.

* * *
Эмма Томпсон: 
Повальное увлечение молодостью — по сути своей нездоровое. Но в этом весь Голливуд, и, к сожалению, актрисам слишком часто приходится играть героинь намного моложе их самих. Поэтому отношение к возрасту в современном обществе такое… сдержанное. Но нам, актрисам, я уверена, нужно принимать себя такими, какие мы есть.
И никаких подтяжек, никогда! Мне кажется это ужасно глупым способом, к красоте никакого отношения не имеющим. Я бы с удовольствием промыла мозги всем женщинам, кто колет себе ботокс. Я бы сказала, что это — предательство самих себя. Мне уже 51 год, и что в этом, скажите на милость, необычного или ужасного? Я себя и в обычной домашней одежде гораздо комфортнее чувствую (на интервью Эмма пришла в свитере крупной вязки и джинсах).

Из-за развода с Кеннетом Брэна я была буквально разбита на мелкие кусочки. Не могла двигаться, есть, спать. У меня была ужасная депрессия, сейчас я понимаю, что нуждалась в серьезной помощи. Я сидела круглые сутки в старом свитере Кеннета и не могла ни о чем думать. Хотя нет, я преувеличиваю. Единственное, что я могла, — работать. Я вставала, буквально доползала до письменного стола и писала сценарий к «Разуму и чувствам». Эта работа меня спасла. А на площадке я познакомилась с Грегом, и он помог мне.

Тарелка не станет чистой и не встанет на полку сама по себе, так же и с любовью. Я выработала целый свод правил, чтобы наши отношения с Грегом оставались живыми. Быть всегда начеку, уметь выражать благодарность и много работать. Это все простые вещи, не мое открытие, но я никогда не позволяю себе плыть по течению. Вот когда большинство проблем и возникает.

Моя бабушка была служанкой с тринадцати лет. Она — одна из причин, почему я, например, с удовольствием работала в фильме «Остатки дня» (о дворецком, всю жизнь прослужившем в богатом доме). Она — моя вдохновительница. Бабушка научила меня вести домашнее хозяйство.

источник; источник (2010)

* * *
Письмо Эммы Томпсон к себе самой в 16 лет:

НИКОГДА, НИКОГДА, НИКОГДА не суетись по поводу необходимости сесть на диету. Я знаю, что ты буквально помешана, и помню этот ужас: как ты, шестиклассница, стоишь в школьной столовой, пытаясь выбрать между йогуртом и глотком свежего воздуха (а на самом деле тебе хочется чипсов и салата с сыром). Брось паниковать. Правильно питайся, забудь о ерунде и никогда не сиди на диетах. В итоге ты все равно вернешься к прежним габаритам, так что бросай это, девочка, и бросай СЕЙЧАС ЖЕ. Поверь мне — всем наплевать. Диеты – лучший способ нарушить обмен веществ до конца твоей жизни. Просто будь собой и принимай всё, как есть. Не могу даже передать, сколько времени и энергии ты сэкономишь, и насколько счастливее будешь.

* * *
«Не терплю новомодной культуры – все эти одноразовые знаменитости быстрого приготовления. Ужасная пошлость».

«Я атеистка. Меня можно назвать анархисткой и сторонницей свободы мысли и деятельности. Я отношусь к религии со страхом и подозрением. Недостаточно просто сказать, что я не верю в Бога. Я считаю саму эту систему заслуживающей сожаления. Меня оскорбляют некоторые вещи в Библии и Коране, и я отвергаю их».

«Я поняла, что все великие истории, даже со счастливым концом, всегда немного печальны».

источник: Эмма Томпсон - цитаты и интересные факты

Подготовила Е. Кузьмина © http://cinemotions.blogspot.com/

Thursday, 4 April 2019

Человек прекрасен, и жизнь прекрасна/ Georgiy Daneliya (1930-2019)

4 апреля 2019 года в возрасте 88 лет после длительной болезни умер советский и российский кинорежиссер Георгий Данелия.

Ия Саввина о фильме «Не горюй!» (1968):

Мне очень нравится этот фильм. И я не хочу разрушать в себе ощущение радости, не хочу делать критические замечания, которые при желании можно было бы сделать. Я просто попытаюсь рассказать, почему мне нравится этот фильм.

Есть «вечные понятия». Конечно, наполняются эти понятия разным содержанием. И все же, когда мы их перечисляем, сердце невольно откликается на них. Добро. Радость. Надежда. Вера. Любовь. И пока есть надежда на радость и вера в добро, люди могут вынести любые страдания, сопутствующие им в борьбе за Справедливость.
Говорят, доброта друзей познается в беде. Только уж совсем духовно замшелая личность может выпасть из этой пословицы. Но высшая мера доброты друзей для меня, когда они познаются в радости. Когда не зашевелится червь — «почему ему, а не мне». Здесь возникает талантливость душевная — уметь радоваться, уметь извлекать добро себе и людям в перенаселенном пространстве бытия. Это трудно. У человека «всего-навсего пять чувств, которыми он воспринимает удовольствие, а боль он испытывает всей поверхностью своего тела: куда ни уколи его, покажется кровь».

Фильм про это. Фильм чистый, честный и человечный. Фильм добрый и простой, прозрачный, как родник или искусство Пиросмани. Как «Голубая чашка» Гайдара. Или «Июльская гроза» Платонова.

* * *
«Афоня» (1975)

Новый фильм Георгия Данелии называется «Афоня». По привычке стараясь разгадать в названии основную мысль произведения, можно понять, почему сценарий А. Бородянского «Про Афанасия Борщова, слесаря-сантехника ЖЭК-2» был переименован таким образом.

Герой фильма Данелии — давно уже не Афанасий Борщов. «Афанасия» уже не существует, имя превратилось в небрежный оклик — Афоня.

Ему вообще все равно, кем быть: Афанасием, Афоней, Леопольдом или Карлом (в расчете на Клару), или Русланом (в случае появления Людмилы), потому что он привык никогда ни за что не отвечать, привык быть никем. Афоня не обладает ни совестью, ни памятью сердца, ни мало-мальским уважением к человеку. Он представляет из себя довольно распространенный вариант человеческой усредненности, которая влечет за собой атрофию человеческого в человеке.

Но чем больше мы смеемся над Афоней, тем страшнее становится (в этом, кстати, огромная заслуга Л. Куравлева, который не соблазнился внешним эксцентрическим рисунком роли). Итак, намечается трагикомедия?

Данелия показал нам, насколько страшен такой человек. Пусть он еще и не превратился в Федула, окончательно потерявшего человеческий облик. Но ему предстоит преодолеть куда более далекое расстояние на пути к Афанасию.

* * *
«Мимино» (1977)

Основа комедийности, в общем-то, испытанная: национальный характер в иной среде. Тут уже, кажется, не авторы, а сама ситуация — грузин в Москве! — фонтанирует забавными положениями и оборотами речи. Знай только пристраивай их к сюжету. Данелия и сценаристы делают это умело. Вступая в сферу такой комедийности, они часто отступают со своим жанровым заданием куда-то за рамки кадра, как бы предоставляя изображаемую ситуацию самой себе. Между тем многое, что рассказано ими в непринужденном, чуть насмешливом бытовом тоне, смыкается — парадоксально, неожиданно — с исканиями героя, придает притчевому направлению фильма дополнительные значения, делает его более полнокровным.

* * *
«Осенний марафон» (1979)

Данелия — художник сложившийся, он знает, чего добивается. В его фильмах зрителя всегда увлекает за собой непринужденность быстрого и легкого движения, не столько одолевающего препятствия, сколько весело ими пренебрегающего. Рано или поздно судьба обязана улыбнуться героям Данелии, а потому невзгоды их не пугают, огорчения забываются быстро. Светоносное пространство кадра согрето надеждой, изображения живописны, краски свежи, мизансцены полнятся играющей силой. Художник пребывает в безоблачно-счастливом согласии с жизнью.

* * *
«Настя» (1993)

Скромная продавщица из магазина канцелярских принадлежностей, став неотразимой, вдруг превратилась в предмет ажиотажного спроса, в «товар», который все норовят купить. И лишь вернув себе прежний облик, девушка соединилась с возлюбленным.

В этом, собственно, смысл картины. Будь собой — вот ключ к тому, как выжить в ситуации крушения всего и вся! Только в себе можно найти источник новых сил для продолжения потерявшей смысл жизни.

Эту не очень сложную, но воистину спасительную мысль Данелия попытался прокомментировать, что называется, от противного, выстраивая на экране сатирически гротескный образ нынешней лживой реальности.

* * *
«Орел и решка» (1995)

...налицо общая потребность запить глоток свободы глотком надежды.

Ничего удивительного в том, что режиссера, так искренне увлеченного самим феноменом жизни, зовут Георгий Данелия. Шестидесятничество утверждалось как нравственная философия доверия к обновленной жизни, приятия ее. Удивительно, что эта философема вновь резонирует сегодня, во времена «энтропии смысла» и отмены границ между добром и злом. То ли жизнь в который раз выжила и воспарила поверх споров о ней между модернистами и постмодернистами. То ли просто всем надоело жить в ожидании худшего.

Отрывки; источник

* * *
Из интервью, которое взял в 1972 году Леонид Гуревич (сценарист, киновед, драматург):

Георгий Данелия: Я настолько «выкладываюсь», работая над картиной, что ничем другим одновременно заниматься не могу. Если я, скажем, начинаю писать сценарий, то даже время, когда я ем, кажется потерянным, мне его жалко. А не то чтобы сходить в кино или в театр... Я просто, видимо, однолюб.

Мне кажется, я сам знаю недостатки каждого своего фильма. И если критик попадает в них — это ничего, это я приемлю. А если он начинает ругать то, что я считаю достоинством, мне бывает больно... Однако только до того момента, пока я не начал следующую работу. С этого дня предыдущий фильм становится для меня вроде бы чужим, и мне безразлично, как к нему относятся, хорошо или плохо.
И каждый свой прошлый фильм я воспринимаю так: то ли я был в нем, то ли не был, то ли это моя работа, то ли не моя... В нашем отношении к фильмам — и к своим, и к чужим — не надо, наверное, бояться изменения оценок, суждений, которые возникают с годами. Ведь мы сами сегодня уже иные, чем были вчера: меняются требования — будем для бодрости считать, что они растут.

В кино могут меняться моды, появляться, исчезать... Остается же только немногое. Если есть истинные характеры и есть чувства — это остается и не стареет. Все остальное стареет — любые приемы...

Мне нравятся работы Глеба Панфилова. Я считаю его очень талантливым человеком.
Талант Панфилова — в умении смещаться от достоверной узнаваемости к высокому драматизму.

Я очень любил Серго Закариадзе и многому научился у него. Это был близкий мне человек, редкого обаяния и душевной красоты. Я привязался и к талантливому Вахтангу Кикабидзе. Давно и прочно люблю искусство Инны Чуриковой, Евгения Леонова, Сергея Бондарчука, Владимира Басова.

Общая моя задача, которую я решаю в каждом фильме, — это не строить его так, чтобы доказать: человек прекрасен, и жизнь прекрасна, и все такое, но чтобы доминантой все-таки стало именно это мироощущение. Чтобы оно побеждало...

Отрывки; источник

Saturday, 2 March 2019

Он был человеком, задержавшимся в детстве.../Yuri Bogatyryov (1947-1989)

«Юрочка для меня всегда был большим ребенком, таким он и остался в моей памяти. Ласковым, незащищенным, бесконечно трогательным, добрым. Я всегда называла его Юрочка. Он, как ребенок, легко обижался на ерунду. И как ребенок, быстро прощал обиду, никогда не помнил ее. Он был человеком, задержавшимся в детстве. Мне кажется, что у него не было внешней и внутренней защиты. И он всегда мечтал о несбыточном».
- Елена Соловей

2 марта 1947 года в Риге родился Юрий Богатырев

* * *

Кинорежиссер Илья Авербах:

Когда Юра Богатырев пришел ко мне на пробы Филиппка (Объяснение в любви, 1977), снял свою заштопанную дубленку и стал горячо о чем-то говорить, много жестикулируя, и когда его огромные руки, которые в группе Никиты Михалкова назвали «передние ноги», взвились передо мной в воздух, у меня перед глазами возник некий тип художника, я ощутил запах краски в его мастерской. Невзирая на его огромные размеры, я сразу же почувствовал в нем какую-то тонкость, даже изнеженность. Что потом, когда я посмотрел его картины, — а Юра, как выяснилось, довольно хороший художник, — оказалось совершенной правдой.

Юра не фанат мощной, грубой живописи, всю новую русскую живопись вообще не выносит, не выносит Малевича, «Бубновый валет», он любит живопись изысканную, нежную, любит мирискусников, Борисова-Мусатова, Добужинского, Бёрдслея, любит китайцев, Ватто, которого, на мой взгляд, любить нельзя. Им можно любоваться, но как всерьез приходить от него восторг, не понимаю. И сам Юра рисует такие изысканные картиночки: сидит дама с рюмочкой в развевающихся одеждах, и сама она, и фон — все прочерчено и заштриховано перышком тоненько-тоненько. И все это мне в нем почудилось изначально и породило историю, которая и повела к Филиппку.

Почему Юра мог стать героем нашего фильма? Потому что в нем есть какие-то несоответствия, парадоксальность «передних ног», большого тела и всего того, о чем я говорил. За ним с первого взгляда вставала его история, его образ, который был в чем-то родствен Филиппку. И если между характером актера и характером его героя существуют какие-то точки соприкосновения, тогда может произойти чудо искусства.


(на съемках фильма «Объяснение в любви»)

На мой взгляд, не следует приглашать артиста, если кажется, что он идеально подходит к выбранной для него роли. Потому что тогда не происходит чуда обогащения.

[...] появился Юра Богатырев, с которым меня просто уговорили встретиться. Я сначала его ни за что не хотел, казалось — ну, что это? ну куда? Но пришел Юра со всеми своими размерами, чудной фигурой, голосом. И мы разговаривали с ним долго, наверное, часа два, и я сразу же почувствовал в нем внутреннюю структуру, близкую нашему герою, и тогда вдруг все его внешние данные, как бы антифилиппковские, начали работать на образ. Я подумал, а почему, собственно, он должен быть маленьким? Ведь крупному человеку иногда гораздо труднее живется. Скажем, ему все время может быть неловко от того, как много места он занимает! Конечно же, мне пришел на память Пьер Безухов, в чем-то схожий с Филиппком. Но даже когда мы отсняли примерно треть картины, я все еще до конца не верил в правильность выбора и страшился того, что внешний облик нашего Филиппка не соответствует тем душевным качествам, которые нужно было актеру воплотить. Поэтому поначалу мы намеренно подчеркивали его внешнюю неуклюжесть, неприспособленность, его нелепость. Но потом я успокоился, и мы с Юрой стали от этих очевидных переборов избавляться.

[...] когда я говорил про разнообразие таланта Богатырева, то имел в виду разнообразие его актерской и человеческой индивидуальности.

Из интервью И. Авербаха

Monday, 18 February 2019

The Favourite (2018) - дамы в борьбе за власть, без стакана воды.

Королева Анна (Белохвостикова), герцогиня Мальборо (Демидова), юная красавица Абигайль (Светлана Смирнова, "Чужие письма" Авербаха), капитан Мэшем со своим стаканом воды (отсюда название пьесы Эжена Скриба, и поставленного по ней фильма Юлия Карасика [1979]). «Фаворитка» - те же персонажи, только без стакана воды и в лесбийском треугольнике.

Всё, что историкам известно доподлинно, – что Анна, которая и королевой быть не желала, и умом не отличалась, и страдала от множества недугов, затруднявших функционирование в качестве главы государства, очень долго полагалась в управлении страной на подругу детства Сару Черчилль, герцогиню Мальборо, а потом к ней охладела и вместо нее приблизила ее родственницу, Абигайль Хилл, будущую жену капитана Мэшема (она изображается юной красоткой, хотя, когда историческая Анна сделала ее своей конфиданткой, той было под сорок). Известно и то, что герцогиня грозила обнародовать «кошмарные письма» королевы, которые можно было истолковать в том смысле, что Анна была в Сару влюблена.

* * *
Set in the court of Queen Anne (1665–1714), The Favourite explores the changing power dynamics and relationships between three female protagonists: Queen Anne (Olivia Colman); Abigail Masham (Emma Stone); and Sarah Churchill, Duchess of Marlborough (Rachel Weisz).
The latter was Anne’s companion and confidante since girlhood. When Anne succeeded to the throne in 1702, the Duchess of Marlborough was among those she brought with her to court.

Marlborough’s usurper was Abigail Masham, a lower ranking courtier and cousin of the Duchess of Marlborough, brought into court circles under the patronage of the duchess herself. The Favourite dramatises their triangular and tense struggle for dominance, putting female politics at the heart of every scene while foppish men in red high heels and extravagant suits watch from the edges.

The [Greece-born] director, Yorgos Lanthimos, breaks new ground in his dramatisation of the past.

Brace yourselves, then, for the unfamiliar sound of accuracy-o-meters exploding once The Favourite is released. Complete with denim costumes and speech that is neither obviously period nor modern – and with a duck race and dance sequence like no other you’ll have seen in court before.

In the film the queen’s bedroom – the location for much of the plot – is a haven for 17 fluffy rabbits who must be petted by any courtier claiming to be loyal. The bunnies are typical of the film’s aesthetic, and serve as a cute (albeit eccentric and surprising) addition. Of course, pet rabbits would never have been found lolloping around a royal bedchamber: they were an early 18th-century foodstuff and pest. Their function is instead historically symbolic, representing an adult lifetime of pregnancies endured by Anne that only ever resulted in miscarriage, still birth, or the premature death of newborns, infants or children.

[...] She was labelled as the ‘childless’ queen – despite her bearing and burying child after child after child after child. In The Favourite this aspect of her life and reign is brought much more firmly into our vision.
[...] The film makes no attempt to lecture to us about what happened in Britain in the 1700s. The narrative point is the female power play, not the economic, politics or cultural changes of the day.

- Extracts; full text

* * *
Trivia (source):

• Queen Anne's husband Prince George of Denmark (father of all her ill-fated children) is never seen or mentioned, although Abigail entered the queen's service in 1704 and George did not die until 1708. His death, as well as the deaths of their children, was among the reasons for Anne's depression.

• Sarah Churchill, the Duchess of Marlborough, is the direct ancestor of both Sir Winston Churchill and Princess Diana (born Diana Spencer).

• Most of the costumes and wigs were made from scratch. The budget was very tight, so renting them was not feasible. Costume designer Sandy Powell intentionally used anachronistic fabrics. Laser-cut lace and vinyl was used for many courtiers' clothes. The servants' dresses and britches are made from denim recycled from thrift store jeans from throughout England.

• The film was shot mostly with available sunlight or practical lighting, such as candles and fireplaces. Robbie Ryan kept backup lighting equipment on stand-by, but used very little additional light, mostly due to unseasonably warm weather during filming.

* * *
Lady Sarah: Abigail does not love you.
Queen Anne: Because how could anyone? She wants nothing from me. Unlike you.
Lady Sarah: She wants nothing from you. And yet somehow she is a lady. With 2000 a year, and Harley sits on your knee most nights.
Queen Anne: I wish you could love me as she does!
Lady Sarah: You wish me to lie to you? "Oh you look like an angel fallen from heaven, your majesty." No. Sometimes, you look like a badger. And you can rely on me to tell you.
Queen Anne: Why?
Lady Sarah: Because I will not lie! That is love!

Thursday, 14 February 2019

South park about love: You’re my fudgey charm of sunshine.

Cartman: You’re my fudgey charm of sunshine.
Cupid Cartman: Tee Hee Hee!

* * *
Eric Cartman: There's something you should probably know. Man, this is hard. Um, the thing is, me and Kyle are kind of, you know, together.

Nichole: Wow, I'm sorry. I totally respect that. Hey, thanks a lot for telling me. [puts an arm on his left shoulder]

Eric Cartman: Cool. So, just, you know, don't touch me 'cause I'm not into girls and it kind of grosses me out.

Nichole: Oh, I'm sorry. [retracts her arm]

Eric Cartman: Yeah, cool. Anyway, thanks a lot, and, you know, stay away from my man, bitch.

Season 16, ep. 7 - Cartman Finds Love

source
Related Posts Plugin for WordPress, Blogger...